«Яснова Кристина Владимировна… 1976 года рождения… сведений о нахождении в новосибирском интернате № 8 не имеется. Диплом Социально-педагогического института не выдавался. Бланк, использованый для диплома, был из серии, которые списаны еще в 1990-х годах… Паспорт… не выдавался…»
В это же время снаружи послышался шум подъехавшей машины. Судя по звуку двигателя, это была не машина Кристины.
Павлов вышел на крыльцо, и в этот момент в дверь позвонили. Он включил свет, и у ворот вспыхнули декоративные фонарики. Перед ним стоял мрачноватого вида мужчина, которого он сразу узнал, и хрупкая девочка с испуганным взглядом.
— Добрый вечер, — сказал Артем, про себя размышляя, где бы он мог видеть эту девочку. Бесспорно, ее лицо кажется ему знакомым.
— Вы смелый. Отпираете дверь, даже не спросив, кто это, — криво усмехнулся Фрол.
— Кроме вас, сегодня я жду только еще одного человека, — счел необходимым объяснить Артем. — Кстати, на мониторе видно, кто стоит снаружи.
— Хм, техника на грани, как его… фантастики. По-моему, я вас где-то видел, — вдруг прищурился Фрол.
— Конечно. В порту.
Фрол замер с приоткрытым ртом, а Артем сказал:
— Проходите в дом. Есть хотите?
— Нет, благодарю.
— Тогда я приготовлю чай. Не возражаете?
Только сейчас Павлов заметил, что девочка буквально не отрывает от него взгляда.
Он также заметил и другое, хотя и не показал виду. Фрол старался держать себя в руках и внешне даже выглядел спокойным, но по едва заметным признакам Артем пришел к выводу, что того распирает от ярости и он из последних сил пытается себя контролировать.
Они прошли в дом, и Артем жестом показал, чтобы гости располагались за большим столом в гостиной.
— Откуда вы знаете, что у меня дом в Переделкине?
— Птичка напела, — ухмыльнулся с многозначительным видом Фрол.
— О чем вы хотели со мной поговорить?
— Сначала скажите, кого вы ждете в гости, — ответил Фрол, нервно выстукивая барабанную дробь по столу.
— Это так важно сейчас?
— Да. Если это тот человек, о ком я думаю, то разговора у нас не получится.
Павлов ничего не понимал.
— Сюда приедет моя женщина. Этого достаточно?
— Спросите у нее, достаточно или нет, — процедил Фрол, и оба одновременно повернули головы в сторону Ани.
«Я была там», — написала дрожащей рукой Аня, и Павлов даже сначала не понял, о чем идет речь.
— Она хочет сказать, что видела, что там происходило. Когда убивали моего свояка и всю его семью, — нетерпеливо проговорил Фрол.
— Постойте, — перебил его Артем. — Почему вы считаете, что мне это интересно?
«Я могу и ошибаться, но мне кажется, что вам все же будет это интересно», — написала девочка.
— Предположим.
— Вы ведь прекрасно знаете, что сегодня на Москве-реке взорвался катер! И на нем была группа из детского дома Ани, — снова вмешался Фрол, и его глаза гневно сверкнули.
— Да, это мне известно.
— За ней охотятся. Понимаешь, адвокат? Тогда, десять лет назад, когда всю ее семью пустили под нож, она чудом осталась в живых. И сегодня Бог снова был с нею, ее охраняют ангелы. У этой девчушки феноменальная память. Она тебя вспомнила, и весь твой разговор тоже, когда вы к ней в интернат наведывались. И что у тебя дом в Переделкине, она тоже слышала…
Аня в упор смотрела на Павлова, и он даже замер от неожиданной догадки.
Интернат на Мосфильмовской улице. Он держит в руках кроху Женю. Потом разговаривает в холле с заведующей. В это время появляются старшие девочки… и одной из них становится плохо. Настолько, что она даже обмочилась…
— А потом мы просто позвонили в твою фирму, и нам дали твой телефон. Это было проще пареной репы, — закончил Фрол.
— И что же ты видела? — спросил Павлов, чувствуя, что нервы его на пределе.
«Я видела убийцу».
— Он был один? — В ожидании ответа у Артема все сжалось внутри.
«ОДНА», — крупно вывела в блокноте Аня.
Он вглядывался в эти четыре буквы, стараясь убедить себя, что зрение ему не изменяет.
Одна. ОДНА.
Неужели поэтому с этой девочкой тогда в холле случился приступ?!
Снаружи послышался какой-то шорох, и Аня, словно встревоженный зверек, быстро посмотрела в окно. В следующее мгновение лицо ее исказила гримаса страха, и она, побелев, как полотно, стала сползать со стула. Из ее горла вырывалось бессвязное мычание.
Павлов резко обернулся, и ему показалось, что за окном что-то мелькнуло.
— Что там было?! — взревел Фрол. Его рука потянулась за спину.
— Это… она… — неожиданно раздался плач девочки. Фрол, изумленный тем, что Аня заговорила, даже на какое-то время забыл об оружии.
— Я проверю, — сказал Артем, направляясь к двери.
— Это она. Это она, — твердила девочка как заведенная, размазывая слезы по лицу. Она сидела на полу и, отталкиваясь ногами, пятилась назад. — Она…
Павлов был в замешательстве. Если там, за окном, Кристина, почему она не войдет?
Ответ выплыл на поверхность сам собой, как кусок пенопласта, который погрузили под воду и тут же отпустили:
«Потому что она тоже поняла, кто эта девочка».
И вслед за этим:
«Если не знала раньше».
От жуткой догадки адвокату стало не по себе.
— Не открывайте дверь! — завизжала вне себя от ужаса Аня.
