— Если он приставал к тебе, только скажи, и я позабочусь о том, чтобы он больше этого никогда не делал.
— Так, как ты решил проблему с журналистом на берегу? — съязвила она.
В глазах Константина заплясали веселые искорки.
— Нет, — бросил он.
Сиенну переполняли те эмоции, которых она боялась. Ей льстило, что мужчина вступился за нее, позаботился о ней, показал другому, что это его женщина, и ничья больше.
Должно быть, она сошла с ума! Она не имеет права хотеть его. Но ее тело начинало плавиться только от одного его присутствия.
Сиенна остановилась:
— Почему ты следишь за мной?
— Я не слежу, я приглядываю, — улыбнулся Константин. — Несколько таблоидов уже напечатали скандальные статьи о наших с тобой романтических отношениях. И Панополос, кстати, не держит язык за зубами.
— Я могу сама справиться с Панополосом, — заявила Сиенна.
— Ну конечно, — усомнился Константин и прищурился. — Ты только что это продемонстрировала.
Они вошли в холл и окунулись в море людей, шума, красок и чьих-то голосов. Все это казалось неестественным после девственной утренней тишины у бассейна.
Сиенна смутилась. Она все еще была в бикини, с волос стекала вода, влажный купальник прилипал к телу, обрисовывая соблазнительные контуры.
Она протянула руку:
— Сандалии и ключ от номера, пожалуйста.
Константин с неохотой протянул ей вещи.
Сиенна обулась. Они пошли к номерам. Сиенна старалась держаться как можно дальше от Константина. Ноги были мокрые, сандалии скользили.
— Будь осторожна, — предупредил ее Константин.
— Ничего. Все в порядке.
Однако молодая женщина поскользнулась. Рука Константина схватила ее за локоть.
— Почему ты меня не слушаешься?
— Когда ты что-то говоришь, я прислушиваюсь, но это не значит, что я должна выполнять все, что ты прикажешь.
Сиенна замолчала, и до номера они дошли молча.
У двери она снова заговорила:
— Почему бы тебе не прекратить опекать меня и начать жить собственной жизнью? Наслаждаться свободой.
— А кто тебе сказал, что я не делаю то, что хочу? — ответил вопросом на вопрос Константин.
Его низкий, соблазняющий голос приковывал ее к месту, гипнотизировал. Теперь надо попрощаться, войти в номер и закрыть за собой дверь, но Сиенна не могла это сделать. Она уже была в его власти.
После их разрыва Сиенна провела много времени, размышляя, почему она подвержена влиянию Константина. В итоге она пришла к выводу, что на нее так действует его мужское начало, его альфа-энергия. И это сводило женщину с ума.
— Я приходил сегодня утром… Тебя не было в номере, — начал Константин. Сиенна вопросительно приподняла бровь. — Чтобы извиниться, — закончил он фразу. — Сожалею о том, что наговорил вчера вечером, но я должен был знать, должен был убедиться.
Сиенна заморгала. Пораженная таким поворотом событий, она была не в силах вымолвить ни слова.
— И… и… — Голос Сиенны дрожал. — Значит, ты проверял меня?
— Называй это как хочешь, — бросил Константин. — Я изучил все документы компании. В сделках твое имя не фигурирует, в финансовых махинациях ты не замечена. Таким образом, во всем виноват Роберто. Ты честна передо мной. Я был не прав насчет тебя тогда, два года назад, и прошу прощения.
Сиенна, все еще пораженная, медленно проговорила:
— Давай-ка проясним ситуацию. Значит, если я не просила у тебя денег, я честная?
— Ну… — протянул Константин, — ты же знаешь, это обычное дело.
Сиенна действительно знала это. Вокруг Константина всегда увивались толпы девушек, которые, как бабочки на свет, слетались на его деньги и власть. Возможно, у него был неудачный опыт общения с подобными красавицами.
— Может, ты и личное дело мое изучил прежде, чем начать встречаться со мной?
— Не кипятись, — спокойно попросил Константин.
Сиенна открыла дверь ключом-карточкой.
Константин тут же отобрал у нее ключ и убрал в карман.
Она посмотрела на него:
— Ты опять прибегаешь к своей обычной тактике?
— Какой такой «обычной»? — не понял он.
— Действовать силой, — отозвалась Сиенна. — Вспомни, как ты угрожал мне над могилой отца, как удерживал меня в машине, как заставил меня встретиться с тобой вечером.
— Я не принуждал тебя, — возразил Константин. — Если бы ты не избегала встречи со мной, мы пообщались бы в нормальной деловой атмосфере.
— У меня не было желания тебя видеть, — отрезала Сиенна.
— Поэтому сейчас я извиняюсь за все, что произошло.
— Знаешь, это самое ужасное извинение, которое я когда-либо слышала, — произнесла она с горечью.
— И все же ты дослушаешь меня до конца. Я просмотрел все документы. Везде фигурирует только личный счет твоего отца, а не счета компании «Жемчуга Амбрози». Значит, ты ни при чем.
— Да, папа специально его открыл, чтобы я не могла выяснить, откуда поступают средства и как они расходуются.
— Если ты знала об этом счете, почему ничего не сказала мне? Дело даже не в том, что твой отец играл. Ты предпочла быть верной отцу и компании, а не мне, твоему будущему мужу.
— Я боялась, что ты разорвешь помолвку, если узнаешь про дела отца. Что ты в общем-то и сделал. Недостаток доверия имелся с обеих сторон, согласись.
