— Она рассказала мне историю о том, как ее соблазнили. Ну, может, не всю историю. Полагаю, там присутствовали не только поцелуи.
— Господи. Неудивительно, что у аристократов такая дурная репутация. — Он тяжело выдохнул. — Надеюсь, вы не попадете под ее влияние.
— Я думала, вы хотите, чтобы я обзавелась связями в высшем обществе.
— Да, но… — Он покачал головой. — Я напрасно на вас нападаю. Мне ли не знать, что никому не под силу вложить в вашу прелестную головку неподобающие мысли. Возможно, ее влечет ваша добродетельность.
— Я думаю, она тоже хорошая женщина, Годфри.
Он оглянулся.
— Вы можете такое представить? Притащить с собой на праздник собственных лакеев? Должно быть, это придает им уверенности.
Вайолет улыбнулась. Годфри не был таким уж плохим человеком. Он заслуживал того, чтобы с ним была жена, которая его любит.
— По-моему, присутствие прислуги им только мешает, — ласково сказала она.
Он робко улыбнулся ей, и от этой его улыбки ей стало тошно. Вайолет грызла совесть.
— Когда вы вот так на меня смотрите, Вайолет, мне хочется соглашаться с вами во всем.
Кит вернулся к шатру. Он был мрачнее тучи. Самые опытные из его учеников узнали этот взгляд и мудро предпочли не обращаться к учителю ни с какими вопросами. По иронии судьбы единственным из его учеников, кто не проявил должной предусмотрительности, оказался Годфри, который не был включен в число участников сегодняшнего представления.
Кит прислонился к стволу ивы, наблюдая за тем, как одетый в цыганский наряд Пирс Кэрролл с убийственной точностью мечет ножи в мишень на лужайке. Представление, леденящее душу.
Кита все больше одолевали подозрения в отношении Пирса. Кто научил его так метко метать ножи? Фехтовать? Конечно, рождаются самородки. Но Пирс был мастером — он успел отточить мастерство еще до того, как попал к Киту в ученики. И с какой самоотдачей он работал! Кит не сталкивался с таким самоотречением во время тренировок с тех пор, как закончил обучение под началом своего приемного отца. Любуясь отточенными движениями Пирса, восхищаясь его сверхъестественной меткостью, Кит даже забыл о своем дурном расположении духа. Впрочем, Годфри поспешил напомнить ему о том, что сегодняшний день был далеко не самым удачным в его жизни.
Кит пытался сделать вид, что не слышит, что его зовут, но Годфри намека не понял.
— Могу я поговорить с вами минутку наедине, учитель?
Кит скривился. Ему показалось, что он заметил Вайолет за одним из накрытых столов. Увидел и подумал о том, как было бы ему приятно сейчас приподнять волосы с ее шеи, и как сильно хочется ему поцеловать тот трогательный изгиб, где плечо ее обнажено, и как с этого места он бы опускался все ниже и ниже, до самой груди. Господи, ее грудь!
— Чего вы хотите? — недовольно буркнул Кит, даже не пытаясь притвориться вежливым.
— Я насчет своей невесты, — с торжественной мрачностью объявил Годфри.
Кит выпрямился.
— Она хочет брать уроки фехтования?
— Разумеется, нет. Могли бы мы поговорить в шатре?
Кит пожал плечами и повернулся, гадая, не собрался ли этот недоумок вызвать его на дуэль. Призналась ли ему Вайолет? Может, кто-то увидел ее с Китом в башне и донес Годфри? Кит готов был умереть, защищая ее честь.
— В чем дело? — строго спросил у него Кит, когда они с Годфри остались вдвоем в душной тишине под брезентовым навесом. — Что вам так срочно от меня понадобилось? Для чего вы отвлекли меня от работы?
— Я сразу перейду к делу.
— Будьте любезны.
— Боюсь, невеста не находит меня привлекательным в том смысле, в котором следует.
Кит сложил руки на груди, борясь с желанием схватить Годфри за горло.
— И какое я имею к этому отношение?
— Я хотел бы увеличить интенсивность моего обучения. Мне бы хотелось фехтовать энергичнее и с лучшими результатами, так, чтобы на празднике у лорда Крэнвуда я имел бы шанс ослепить Вайолет, как ослепили ее вы.
— Я ее ослепил? Она так сказала?
— Так о вас пишут газеты, Фентон.
Кит потер щеку.
— Фехтование — это одновременно искусство и спорт. Но когда шпага становится источником пропитания, приходится, увы, это искусство опошлять. Я имею в виду театрализованные постановки.
— Я готов оплачивать дополнительные уроки.
— До праздника осталось всего три недели. Я не знаю, что можно успеть за это время.
— Я не ставлю никаких конкретных целей. Я всего лишь прошу вас уделить мне несколько дополнительных часов вашего времени, Фентон. Вы ведь мне поможете? Я не отличался ни силой, ни здоровьем, когда рос. Я знаю, что вам с вашими талантами трудно меня понять. Мои братья издевались надо мной до того самого дня, как я покинул дом.
— Сэр Годфри, ради Бога, перестаньте! Или я похож на отца-исповедника? Каждому из нас приходится преодолевать те или иные препятствия в жизни.
Годфри судорожно сглотнул.
— Даже если сила, которую я черпаю в вас, — иллюзия, то, занимаясь с вами, я чувствую себя лучше, чем если бы не занимался.
— Я не могу вам ничего обещать. — Фентон был неумолим.
— Я это понимаю. Мы могли бы начать завтра после полудня?
