Оставив хозяина дома в кабинете, иду искать жену. Нахожу ее в одной из спален. Судя по еще сохранившемуся сладкому аромату, той, в которой она раньше жила. Мэйлин сидит на кровати с очень грустным лицом. Мое сердце сразу сжимается от тревоги. Сажусь рядом, обнимая ее. Аккуратно вытягиваю из тонких пальцев небольшой портрет. Рассматриваю внимательно. И конечно сразу узнаю человека, спасшего мне жизнь. Мои догадки оказались верны, в чем я уже и так не сомневался.
— Ты из-за отца грустишь? — уточняю, утыкаясь носом в ее макушку и дышу самым любимым запахом.
— Из-за него тоже. Но больше из-за того, во что превратился этот дом при дяде. Я была так счастлива в нем, пока жила с отцом и нянюшкой. В нем много дорогих мне вещей, которые не унесешь с собой…
— Ты хотела бы тут жить? — догадываюсь я.
— Очень, — вздыхает моя пара. И это ее желание для меня закон.
— Я верну его тебе, — сообщаю твердо.
— Разве это возможно? — недоверчиво уточняет Лин. — Дядя вступил в наследство, теперь он хозяин. А я вышла замуж и по нашим законам уже не могу ни на что претендовать.
— Не переживай, родная. Я придумаю, как это осуществить. Дядю сплавим туда, где ему самое место. Ты только говори, чего тебе хочется, остальное — моя забота. Для меня в радость исполнять любые твои желания. Ведь ты исполнила мою, самую важную мечту. Подарила мне себя. Поехали во дворец, — хриплю жене на ушко, потираясь щекой о шелковые волосы. Ладони обхватывают стройный стан, вжимая Мэйлин в мое напряженное тело. Голова кружиться от ее близости. — Я больше не могу ждать. Не бери отсюда ничего. Совсем скоро вернешься сюда хозяйкой.
Пока мы с Мэйлин и ее няней возвращаемся во дворец, не могу позволить себе многого. Но совсем не касаться жены — выше моих сил. Держу ее ладонь в своей руке, мягко поглаживаю запястье. Ловлю на нем пульс и ликую от того, как он ускоряется. Моя ласка тоже ее волнует. Я чувствую, как ее душа тянется ко мне. Чувствую трепет, нежность и едва разбуженное желание, от которого хочется победно рычать. Моя жена невинна. Я уже заранее предвкушаю, с каким наслаждением буду учить ее всему. Открывать целый мир чувственной близости между мужчиной и женщиной. Еще более глубокий в истинной паре. Такого я сам пока не испытывал. Но не сомневаюсь, что это будет вершина блаженства.
Наконец оказываемся в наших покоях. Няня целует Лин в лоб и, что-то тихо прошептав ей на ухо, покидает нас. Эта чуткая и заботливая женщина с каждым днем нравится мне все больше. Я бы и так ее принял, только потому что жена любит ее как мать. Но за тактичность и доброе сердце уважаю по-настоящему. Первым делом заказываю для нас легкий ужин. Помню, что Маркус говорил о восстановлении. После еды делюсь с Мэйлин магией. Удивительно, как легко она к ней течет. Точнее, как раз ничего удивительного для истинных. Просто я тоже еще не до конца осознаю, что Всевышний приподнес мне такой подарок. Иногда кажется, проснусь и пойму, что все по-старому. Только пара в моих руках может излечить от этих кошмаров.
Когда с ужином и магией закончено, накидываю на спальню полог полной защиты от проникновения и подслушивания. Теперь никакие звуки отсюда никто не услышит. И помешать нам не сможет. Даже сам король. Чувствую замешательство Лин. Подхожу ближе, притянув в свои объятия, шепчу ей на ушко:
— Не бойся, любовь моя. Я никогда не причиню тебе вреда. Для истинных даже помыслить о таком невозможно. Твоя боль усилится во мне многократно. И ничего не сделаю против твоей воли. Скажи мне еще раз, ты точно готова? Если нет, я подожду…
— Готова, — отвечает она, пряча лицо на моей груди. — Просто… немного беспокоюсь. Но откладывать не хочу.
— Я счастлив, родная, — хриплю, целуя ее волосы. — Тогда постарайся расслабиться, просто чувствуй и наслаждайся. Позволь мне позаботиться о тебе. Тебе не придется ничего делать, я все сделаю сам. Буду нежить тебя, ласкать и любить.
Набираю полную ванну воды без лишних благовоний. Я хочу вдыхать настоящий аромат своей истинной. Он для меня самый вкусный и желанный. Никакие душистые травы не сравнятся. Возвращаюсь к жене и начинаю раздеваться. Вижу, как ее глаза округляются. Но и любопытство в медовом взгляде тоже есть. Медленно снимаю жилет и рубашку, отбрасываю в сторону. Разуваюсь, но штаны не снимаю. Не время еще. Подхожу к Лин. Как давно я мечтал ее раздеть. Увидеть желанное тело во всей его обнаженной красоте. Предмет за предметом снимаю с нее платье, корсаж, присаживаюсь на корточки и стаскиваю с ее ног обувь. А потом, очень медленно, словно приручая дикую птичку, задираю подол нижней сорочки и снимаю чулки.
