Но сейчас он медленно сделал шаг к ней, потом еще и еще. Пока не подошел вплотную. У Гесты от его близости стала потихоньку кружиться голова. И Страшно. Желанно, томительно...
- Я раздену тебя.
- Да...
Большие, чуть подрагивающие руки стали снимать с нее одежду. Зэйн дышал глубоко и шумно, а ей казалось, что она слышит, как стучит его сердце. Или это стучало так громко ее сердце. А может, у них стучало одно сердце на двоих?
Она не знала, потому что его руки наконец добрались до кожи. Стали гладить, едва касаясь, а потом он опустился на колени у ее ног и... Стал целовать, а руки разносили по телу сладкие молнии и волны дрожи. Глаза закрылись сами.
- Я хочу сам искупать тебя, - услышала как сквозь вату, его глухой, хрипловатый голос.
Подхватил на руки и понес. У самой ванны поставилеена бортик и снял с себя последнюю одежду. Снова взял на руки и вместе с ней вошел в воду.
А дальше Геста уже почти не воспринимала реальности, потому что были прикосновения, от которых кружилась голова, закрывались глаза, а с губ рвались невольные стоны. Его сладко жалящие поцелуи и шепот в ушах.
Он говорил что-то, шептал, его голос как волшебная нить, вел ее.
Геста не слышала, только чувствовала.
***
Да... Пусть говорит еще... Ей бы руки поднять, коснуться его в ответ, но нет сил.
Тяжелым густым медом наполнилось все тело. Не вырваться из сладости его, не выдохнуть блаженный яд из легких, не открыть глаза...
- Я не оставлю в тебе своего семени, - его голос вибрирует. срывается от дрожи.
Она дрожит в ответ.
- Моя?
Кивает. Все и так на пределе, плывет, теснясь радужными пятнами перед глазами. Первые осторожные толчки... А дальше ее просто уносит вихрь.
***
Потом Геста долго обнимала его большое сильное тело, тесно прижавшись, обхватив руками и ногами. Закрыв глаза, прислушивалась к ощущениям. К счастью, блаженному свету, поселившему глубоко внутри.
Ну вот и все. Теперь они муж и жена.
Было немного больно, но только сначала. Все-таки... Он же такой большой и неутомимый.И такой нежный... Геста покраснела и хихикнула, уткнувшись носом в его мокрое плечо. Ее чудовище.
На задворках сознания промелькнула мысль о той женщине, что кричала ей в лицо гадости. Шевельнулась было ревность, заставив на миг нахмуриться, но тут же утихла. Только ее чудовище.
А Зэйн сидел на краю ванны, держа ее за спину. Гладил, касался губами ресниц.
- Представляешь физиономию Гелсарта, когда он узнает? - проговорила она наконец.
Он сначала напрягся, а потом сжал ее крепче и затрясся хриплым смехом.
Сейчас Зэйн был переполнен. Его распирало от невероятной гордости и ощущения победы, богатства, всесилия, власти на миром. А все это заключалось в душе девочки с чистыми светящимися глазами, сумевшей увидеть в нем, в чудовище, что-то хорошее. И в ее хрупком золотистом теле, которое он держал в руках, боясь сжать посильнее - сломается.
Но, вот же чудо-то какое...
Не ломалось! Ему ведь даже не пришлось сдерживать себя, хотя он и адски боялся навредить ей своей необузданной животной грубостью. И потому сначала сам себе давал команды, так было легче - пределы, которые нельзя перейти. А потом все пределы вообще слетели к чертям, осталось чистое, ослепляющее наслаждение.
Наверное, все просто. Она его свет, его солнце, и все это время шел к ней из своей беспросветной тьмы. Зэйн сжимал ее в объятиях и смеялся. Она сказала:
- Представляешь физиономию Гелсарта, когда он узнает?
Смеялся впервые по-настоящему, как счастливый человек, наконец-то дорвавшийся до свободы. И да, Геста была права, они сделали это.
Сделали Гелсарта в очередной раз.
Пусть теперь приходит и давится злостью. Зэйну было плевать. Геста его жена.
Однако смех еще звучал, а в душе кольнуло. Долго ли продлится его счастье? Ведь по острию ножа ходит. По лезвию. Чего стоило в последний момент сдержаться и выплеснуться наружу. Зэйн сжал зубы, ощущения снова накрыли его с головой, прокатываясь по телу волнами. Блаженной сытости как не бывало, он был готов. Горел для нее, кипел лавой изнутри. Но ей же больно. Наверняка.
- Геста? - легко прикоснулся губами. - Ты как? Я был груб. Тебе больно?
Почувствовал плечом ее улыбку.
- Не-а-аа, - покачала головой она.
Не поверил, заглянул ей в лицо. Хитрая улыбка, глаза сияющие и чуть пьяные, из них на него брызжет пережитыми эмоциями, наслаждением, счастьем. И от этого хмельного взгляда его снова повело. А она еще и ерзать начала.
- Геста? - выдавил через силу. - Что ты делаешь? Тебе же будет больно.
- Мм? Ты забыл, что я целитель? - тихонько хихикнула она.
И стала гладить его по плечам своими тоненькими ручками-веточками, пробовать на вкус губами. И тут уже пределов разумного снова не стало.
***
Как они потом выбирались из той ванны, как он заворачивал ее шершавой мягкой простыней, нес, не спуская с рук, в постель, все это для Гесты уже прошло словно в каком-то полусне. Единственная реальность - его смуглое тело, гладкое, красивое, налитое силой для нее.
Ее чудовище.
