— Давайте скажем так: мне никогда прежде не приходило в голову, что младший брат Махаэля не согласится поддержать его… до тех пор, пока я не узнал об этих связях и их возможном влиянии. Теперь мне ясно лишь то, что еще ничего не ясно. А Матиас отныне даже большая загадка, чем прежде. Несомненно, если он решит принять участие в политических интригах, то станет влиятельным игроком, однако до сих пор с его стороны не было явлено никаких особых амбиций. Ведь бывает и на самом деле так, что люди счастливы, выращивая виноград и воспитывая детей… Что он нам и пытался с таким жаром доказать за ужином.
— Я не уловил никакой фальши в его словах, — заметил Морган негромко.
— Да и я тоже, — подтвердил Арилан. — И все же я не могу не задаться вопросом,
— Может быть, — предположила Риченда, — все его разговоры о любви к простой жизни были призваны заверить нас, что он станет на сторону Лайема против своих братьев, именно в интересах той самой простой жизни? Может быть даже это было замаскированное предложение союза с теми, кто готов поддержать восшествие Лайема на престол?
Арилан покачал головой.
— Не могу сказать наверняка. Он может быть сильным союзником или опасным врагом. На сегодняшний день я готов поверить и в то, и в другое.
— И все равно, это только к лучшему, — произнес Келсон. — Теперь у нас есть хотя бы возможность отыскать сторонников в торентском лагере.
— Одной возможности недостаточно, — возразил Морган. — Как нам выяснить наверняка? Эти ваши
— Как только мне удастся поговорить с нужными людьми, то все возможно. Однако
— Но вы же устанавливали временный Портал на Ллиндрутском поле, — напомнил ему Келсон. — Почему бы не сделать то же самое и здесь?
— Только не сейчас, — возразил Арилан. — Придется потратить слишком много драгоценной энергии, которая пригодилась бы нам впоследствии… Ведь уже завтра мы прибудем к орсальскому двору. Там вполне возможно, что у меня будет доступ к Порталу.
— А Орсал — член Совета? — спросила его Риченда и улыбнулась с невинным лукавством, когда Арилан вскинул на нее глаза.
— Вам прекрасно известно, что я не имею права отвечать. Могу лишь пообещать, что попытаюсь получить доступ к Порталу. Но если обстоятельства этого не позволят, вопрос может подождать и до прибытия в Белдор. Каковы бы ни были тайные замыслы Матиаса, думаю, он подождет с ними до церемонии… А значит, у нас будет еще целая неделя, пока продлятся репетиции. Так или иначе, но мы успеем решить вопрос с Матиасом.
Поскольку час был уже довольно поздний, а предыдущий разговор насчет Матиаса оказался куда более напряженным, чем кто-либо мог предположить, Келсон надеялся, что ему удастся избежать неприятных разговоров о браке, — в особенности, памятуя о том, что ждало его на острове Орсал. К тому же он понятия не имел, известно ли Риченде что-нибудь касательно Аракси, ведь они обе в свое время были ученицами Азима, дядюшки Росаны… Тем не менее, Арилан, покончив с предыдущим вопросом, теперь явно был настроен на обсуждение матримониальных планов, если не самого Келсона, то хотя бы Лайема.
— Согласен. О ваших собственных брачных перспективах едва ли следует говорить сейчас, до возвращения из Торента, — промолвил епископ-Дерини, — но хочу заверить вас, что о возможном браке Лайема в его державе задумываются очень многие, и тем сильнее, чем ближе день его возвращения.
На миг зажмурившись, Келсон попытался собраться с мыслями для нового спора.
— Денис, ему же всего четырнадцать лет, — пробормотал он.
— Совершенно верно, — согласился Арилан. — Но подобно вам самому, он король, и должен обеспечить себе преемника. Поэтому женитьба для него станет делом первостепенной важности, как только он взойдет на престол… И сколько бы вы сами ни увиливали от принятия решения, это ничего не изменит.
— Я не увиливаю!
— Увиливаешь, — бесцветным тоном отозвался Морган. — Но не будем пока об этом. Сейчас не время. Однако Денис прав, и если не желаешь говорить о собственном браке, нужно хотя бы поговорить о перспективах твоего соперника, прежде чем он вновь окажется среди своих подданных.
