Я развернулась, очертила пальцами лицо мужчины, что занимал мои мысли уже несколько месяцев. Сначала раздражал своей занудностью, о стихии, да он был хуже папочки Шерпа! Потом невозмутимостью, и как бы я не старалась, какие ловушки ему не ставила, он смотрел так снисходительно, что это выводило меня из себя. Настолько, что я даже не заметила, что все время думаю только о нем. И осознала то, что он мне нравиться, лишь когда он расхохотался как дикий, поскользнувшись на очередной ледяной дорожке и окунувшись в фонтан. Он как-то вмиг растерял все свою напыщенность и серьезность. С волос по его лицу текли капли воды, а он начал снимать с себя мокрый пиджак, под которым была мокрая же рубашка, подчеркивающая его хорошее телосложение. А я стояла и смотрела, не в силах отвести взгляд, думая, что почему-то Крит с Сэлом не вызывали у меня подобных чувств, хотя нередко на озере щеголяли и вовсе без рубах.
- Картен, ты же знаешь, меня сложно застать врасплох, о тебе уже давно доложили.
- Увы и ах, жить с магами сплошное наказание…
- Так я для тебя наказание? - съехидничала я, а он приставил палец к моим губам и увлек под наше дерево, и только там, прижав меня к стволу, наконец, заговорил.
- Дорогая, ты была моим наказанием в каждый приезд, особенно, когда вы вместе с Милой дурачитесь. Но когда ты приехала в этот раз, я потерял дар речи, ты вдруг перестала быть ребенком. Хотя, честно, первое впечатление оказалось не правильным, с такой настойчивостью доставать взрослого может только дитя, - я, возмутившись, поджала губы. - Но твой взгляд, когда я искупался в фонтане, рассказал мне обо всем.
- И тогда ты перестал меня игнорировать?
- В тебе столько жизни, милая, и ты так спешишь ею поделиться. Разве мог я, старый дурак, отказать от такого счастья? Миса, мы, огненные демоны, не смотря на свой темперамент, в большинстве однолюбы.
Мое сердце забилось чаще, я вообще так близко с мужчиной первый раз, раньше мы просто гуляли, держались за руки, Картен мог меня приобнять, но не больше. Сейчас же он практически прижал меня к дереву своим телом.
- Картен?
- Я люблю тебя, девочка, и хочу, чтобы ты стала моей, - рыкнул мой демон и впился в мои губы поцелуем, так нежно и одновременно страстно, что я даже не успела подумать, готова ли я и все ли делаю правильно. Все мысли куда-то моментально улетучились.
- И я люблю тебя, - выдохнула я в мгновение передышки и вновь казалась в плену любимых губ и рук.
С того момента мы каждый день прятались ото всех под этим деревом, которое будто знало обо всем и опускало ветви ниже, чтобы скрыть нас от посторонних глаз.
Сейчас…
- Миса! Девочка моя! Где ты? - голос «папочки» становился все ближе.
- Картен, давай уйдем в замок, он же не успокоиться. Как ему вообще в голову пришло заглянуть в эту часть сада? - я расстроено встала и отряхнула юбку.
- Детка, а, может, хватит скрываться? Я чувствую себя, как минимум, неловко. У меня не тот возраст, чтобы прятаться по кустам, как подросток.
- Ты плохо знаешь этого зануду, он замучает меня нотациями, и я погибну, не познав всех прелестей жизни, - прижала я ладонь ко лбу, но мы оба понимали, что я дурачусь.
- Малышка, - любимый пожал мои пальчики и привлек обратно к себе. - А давай, мы поженимся, и он уже ничем не сможет помешать познавать тебе эти прелести, - ох уж этот искусительный тон, от него мурашки по всему телу. Хотя… Что? Поженимся?
Как вдруг диалог находящихся недалеко «папочки» и мамы Лены сбил меня с мыслей.
- Эссир Сирадиэль, подождите!
- Леди Огненная, светлого дня Вам… - он уже собирался выдать приветствие по всем традициям своего народа, но мама его перебила.
- Ах, оставьте этот официоз, князь, мы же не чужие друг другу. Миса мне как дочь.
- Благодарю, Леди Селена, не могу найти свою девочку, уже весь замок обошел и парк почти полностью.
- А зачем она Вам, Эссир? Мало ли какие у нее сейчас дела?
- Я же ее родитель, - удивленно вскинул небесные очи эльф. - Я должен знать, что происходит с моей девочкой.
- Она уже достаточно взрослая, - аккуратно объясняла ему Лена, она у меня тот еще политик, если очень нужно. - И уже давно самостоятельная. Вы должны понимать, что ей непривычно испытывать на себе чей-то контроль. Тем более родительский.
- Не корите меня, я знаю, что очень виноват перед ней, и изо всех сил пытаюсь искупить вину.
«Зануда», - подумала я.
- И все же, она уже достаточно взрослая, чтобы иметь личную жизнь.
- Что?! - взвизгнул «папочка». - Моя малышка? Да чтобы ее какой-нибудь похабник лапал? Да никогда.
- А сколько было ее матери, когда собственно вы выступали в роли того самого похабника, - съязвила моя защитница.
- Знаете что! - воскликнул князь, а представила, как комично он сейчас вытянул лицо, и не сдержала смех, а зря.
Меньше, чем через минуту они оба были здесь.
- Папа? - я вскочила с колен возлюбленного. - Лена?
- А тебя тут папа потерял, - хихикнула мама. - И нашел.
Картен неторопливо встал и спрятал меня за своей спиной.
- Эссир, вы вовремя. Я как раз хотел сказать, что люблю вашу дочь, и сделал ей предложение.
