Я вздохнула. Выбора, собственно, не было, либо мы все еще раз пробуем, либо уходим. И не скажу, что мне нравятся оба этих варианта. Согласно кивнула.
Сделала все, как рассказывал учитель: ровно встала перед стеллажами, коснулась пальчиками корешков книг и, закрыв глаза, позвала. На минуту я представила, что бужу брата. Как ласково тормошу за плечо Антуана, который так похож на папу. Где же ты, книга, в которой рассказывается о даре дофина.
Казалось, по рукам и плечам прошла искорка, словно согревая изнутри. И стоило повести ладонью влево, как тепло усилилось. Может, это оно? Аврора же так и описывала – ощущение ласкового тепла. Побоялась открыть глаза, вдруг волшебство рассеется. Последовала за тянущим в сторону отголоском магии. Аккуратно, маленькими шажками, вытянув перед собой руку.
Идти было легко, ноги будто парили над землей, а ощущение восторга переполняло грудь. Это же потрясающе, если у меня получилось. А то я уже начала переживать, что окажусь еще в чем-то хуже подруг – мне и вышивания хватает.
Рука уткнулась во что-то большое и твердое. Остановилась и удивленно открыла глаза, неужели магия привела меня к очередному стеллажу. Но все, на что меня хватило, когда я увидела, во что я уперлась рукой, – расстроенно вздохнуть. Стена с гобеленом. А ведь дар так уверенно меня вел, я не могла ошибиться.
Отступила на шаг, оглядывая вытканную картину. Что-то из популярных исторических мотивов. Вгляделась с интересом, сейчас в городских домах такие масштабные работы не в моде, хотя в старых замках чем-то подобным сплошь и рядом завешены все стены. В тех, что еще остались со времен до смуты.
В правой верхней части были многочисленные войска, окружающие замок. Если я правильно помню из лекций мадам Тьюри, белый замок с красными башенками в искусстве часто олицетворяет Франкию. Тут все понятно: соседи, которые и до великой смуты часто нападали на нашу страну, пользуясь суматохой и неразберихой в королевстве, ввели в нее свои войска.
На второй картине, судя по всему, была изображена библиотека и Луи Первый. Младший сын короля, который и надеяться не мог на трон, но сумевший в период гражданской войны взять власть в свои руки и найти заклинание, которое до сих пор защищает границы Франкии. Поза «говорящих с книгами» очень узнаваема, его величество стоял среди стеллажей с протянутой вперед рукой.
В левом нижнем углу уже была свадьба: в храме король и королева венчаются. Какое смешное платье у королевы. И шляпа – высокий колпак-конус, отчего невеста смотрелась даже выше жениха. Чудна́я была мода. Хорошо, что нас не заставляют носить подобное.
Справа, на последней картине, неизвестная мастерица изобразила уже замок-государство в ослепительном блеске золотого купола и алыми розами над башенками. Обычно рушники с алыми розами вывешивают в день рождения первенца короля. Ах, как все прекрасно выткано. Даже бегущие в ужасе враги. Кажется, можно рассмотреть каждого.
С удовольствием оглядела полотно. Вот были же мастера раньше! Интересно, этот гобелен действительно с тех времен? Или его сделали совсем недавно? Жаль, что он ни капельки не может помочь мне с определением дара дофина. И все же почему магия привела меня сюда? Или я обманываюсь, думая, что у меня получилось.
– Эвон! – послышался приглушенный голос Армель. – Ты где, Эвон?
– Тише! Нас же услышит месье Труа, – взволнованно попыталась успокоить подругу Аврора.
Тряхнула головой, видимо, я надолго замечталась около гобелена, потеряв счет времени, раз уж подруги меня хватились.
Вздохнув, в последний раз коснулась гобелена рукой и стала возвращаться назад. Конечно, среди стеллажей легко заблудиться, как в лабиринте, но вышла я к подругам быстро.
Удивительно, но около них стоял Ноэль, и обе совершенно спокойно с ним разговаривали. Армель даже, на мой взгляд, была излишне возбуждена. Сам юноша сдержанно улыбался, пока взволнованная маркиза приплясывала на месте от нетерпения.
– Мадемуазель Эвон, – улыбнулся Ноэль, заметив меня.
– Эвон, твой друг, он нам такое рассказал! – Армель кинулась ко мне и, схватив мою руку, прижала ее к груди.
– Он знает, какое будет испытание, Эвон.
Пораженно посмотрела на некроманта. Откуда бы ему знать, какое задание подготовили для претенденток дофин и фавориты?
– Я лишь сказал, что услышал, как переговаривались месье Гастон и месье Рауль. Они после ужина спускались в наши подземелья поучаствовать в практическом занятии старшекурсников и разговаривали между собой. А тут совершенно случайно встретил вас, и мне пришло в голову, что вам было бы интересно…
– Не томите же, месье Ноэль! – воскликнула Армель, поворачиваясь к некроманту.
Сам же юноша перевел взгляд на меня, словно спрашивая разрешения. Ах, он еще сомневается, хочу ли я услышать. Поспешно кивнула.
– Они обсуждали, что первый конкурс будет о специфическом даре. Ведь огонь магии должен гореть ярко и ровно, рывки недопустимы. Правда, последнюю часть фразы я не совсем понял, но вам определенно стоит потренироваться. Конкурс все-таки состоится в день Солнца, в большом бальном зале.
