Но стоило Генриетте сделать шаг ему навстречу, как лорд Дебен перехватил ее руку и положил себе на локоть. Его лицо, еще мгновение назад казавшееся таким расслабленным, вдруг превратилось в холодную жесткую маску.
— Боюсь, вы ошибаетесь. Первый танец мисс Гибсон танцует со мной.
Возражения застыли на губах у молодого человека. Бросив прощальный взгляд на Генриетту, незадачливый партнер по танцам развернулся и зашагал прочь.
— Видите ли, — сказала Генриетта, — думаю, я обещала ему первый танец. А вот с вами ни о чем на этот вечер не договаривалась. Я не надеялась увидеть вас в течение нескольких дней.
— На каком бы посещаемом вами приеме я ни оказался, — холодно ответил он, — вы должны уделить мне время, когда бы я этого ни пожелал.
— Как это своевольно с вашей стороны. К тому же как мне очаровывать мужчин, если вы их всех распугаете своим жестоким взглядом?
— Неужели он был жестоким? — удивился Дебен и пожал плечами. — Проявление ревности с моей стороны лишь подстегнет любопытство ваших потенциальных кавалеров, — пояснил он. — Ведь я никогда прежде никого не ревновал.
Вот уж точно нет. Он был известен тем, что невероятно быстро терял интерес к завоеванным им женщинам. Дебен тем временем схватил с подноса проходящего мимо официанта бокал шампанского и передал ей. Она решила про себя, что все вокруг сочтут ее большой диковинкой, если лорд Дебен умудрится хоть пару недель демонстрировать к ней неиссякаемый интерес.
— А теперь давайте-ка присядем на эти удобные стулья в нише и обсудим ваши успехи, притворяясь при этом, что наблюдаем за танцующими.
Заиграла музыка, и пары, образовавшиеся для исполнения первого танца, стали сходиться. Джентльмены кланялись дамам, а те, в свою очередь, приседали перед ними в реверансе. Генриетта опустилась на стул, на который указал ей лорд Дебен. Он сел на соседний.
— Что ж, очень хорошо, — произнесла она, делая глоток шампанского и глядя на танцующих.
Она не осмеливалась смотреть на Дебена, сидя столь близко к нему, особенно после того, что случилось прошлой ночью. Не осмеливалась и потому, что, стоило ему материализоваться перед ней, как она снова испытала те же ощущения, что были, когда он ласкал ее. Ноги едва держали ее, как тогда, а ведь он всего лишь сказал «мисс Гибсон» своим бархатистым голосом.
— Могу я поинтересоваться, о чем вы думали, когда встретили меня сейчас столь виноватым взглядом?
— Я была… я дум… — Она яростно покачала головой. — Нет, я н-не м-могу об этом говорить.
С улыбкой лорд Дебен взял у нее из рук веер и стал обмахивать ее пылающие щеки.
— Об этом я уже догадался. Точно такой же вид у вас был вчера вечером, когда мы с вами расстались.
Тут Генриетту пронзила ужасная мысль.
— Не хотите же вы сказать, что другие люди, всего лишь взглянув на меня, тут же догадаются о том, что мы делали с вами вчера за закрытыми дверями? Кто-нибудь видел, как мы с вами ходили в ту комнату? Я д-думала…
— Не беспокойтесь. У меня большой опыт по части ухищрений и заметания следов. Люди могут заподозрить нас лишь в легком флирте, но ни в чем большем, уверяю вас.
«Ни в чем большем», потому что в качестве своих любовниц лорд Дебен предпочитал видеть только самых прекрасных и утонченных женщин. Он не растрачивал время на нескладных и ничем не примечательных дебютанток. Генриетта с ужасом осознала, что, увидев ее порхающей по комнате с мечтательным выражением на лице, все вокруг решат, что она без оглядки влюбилась в Дебена. И станут сочувствовать ей.
Вернее, именно так все и подумали бы, если бы он не последовал за ней на этот непривлекательный прием, не имея приглашения и создавая впечатление, что она самая привлекательная особа из всех присутствующих на вечере.
Он все продумал.
— Благодарю вас, милорд, — произнесла Генриетта, искренне радуясь тому, что он внушил всем, будто не может и дня прожить без нее. Ей придется научиться справляться с трепетом в груди, дрожью в ногах и румянцем.
Дебен небрежно пожал плечами:
— Наша задача в том и заключается, чтобы заставить всех как можно больше говорить о нас. Прошлой ночью вы положили этому хорошее начало, когда подошли ко мне, осмелившись прервать то, что прочие полагали серьезной дискуссией. А я не осадил вас, как обычно поступаю с теми, кто ведет себя дерзко, улыбнулся, взял вас под руку и увел прочь. Прилюдно выказал свое расположение, что должно было значительно подогреть интерес к нам.
— Но в таком случае… — она нахмурилась, — вам вовсе незачем было давать мне урок поцелуев.
Дебен лениво улыбнулся:
— Вы предпочли бы, чтобы я этого не делал?
Щеки Генриетты, и без того уже красные, еще сильнее залились румянцем. Она бросила на него взволнованный взгляд, нашла спасение в глотке шампанского, тем самым выиграв немного времени на обдумывание ответа.
Дебен тихонько засмеялся:
— Думаю, нет. И я об этом не жалею. — Подавшись вперед, он прошептал ей на ушко: — Вы такая сладкая, мисс Гибсон. С нетерпением жду момента, когда смогу снова отведать вас на вкус.
