Хотела сказать, что я не собственность. Что могу покинуть отбор, проиграв. И еще тысячу оправданий, но слова императора сбили с мысли. Как и новый поцелуй, напрочь заглушивший любые мои возражения. Еще более принуждающий, пламенный, откровенно жесткий…
Меня словно предупреждали от дальнейших слов – и, вздрогнув, я с головой окунулась в поцелуй. Ощущала себя, будто в лапах разъяренного дракона, что недалеко от истины. Мое сердце стучало сбивчиво и тревожно, особенно взволнованно забилось, когда пальцы мужчины скребнули по лямке моего белья, будто император хотел сорвать корсет. Даже услышала треск ткани, что не на шутку перепугало!
- Ваш-ше В-величество!… - умудрилась выдохнуть я, когда поцелуи переместились на шею. И крепко зажмурилась, услышав тихое рычание.
А потом ощутила легкое касание к моей щеке… шее… дорожка прикосновений двинулась ниже, и только тогда рискнула приподнять ресницы. Император будто боролся с собой, запрещая себе переступать определенные границы, но отчаянно желая этого.
Я боялась наломать еще больше дров, так что застыла, кусая губы и слушая удары собственной крови в ушах. Император подался ниже, на мгновение закрыл глаза…
- Ты подарок небес. Я не отдам тебя, Мина…
Мужчина еще крепче стиснул лямку корсета в кулаке. На мгновение показалось, он все-таки уступит инстинкту. Я ощущала его желание, оно обжигало меня без всяких поцелуев и касаний…. Мне почти хотелось, чтобы он поддался своему пламени…
Но император, сцепив зубы, внезапно разжал пальцы и резко поднялся. Как завороженная, я села; пряди волос упали на мое лицо. Капельки воды все еще стекали с них; голос напрочь отказывал. Приоткрыла губы - и все равно не смогла выдавить и звука. В голове звенело безмолвие; мысли разбежались.
- Свидание закончено, Амина. Ты будешь заперта здесь, пока не сделаешь свой выбор! - отрезал он и исчез в клубах темного тумана раньше, чем я крикнула:
- А если выберу сейчас?!
Мой голос эхом отразился от стен, я осталась наедине с гобеленами и картинами в золотых рамах. Большое зеркало отражало бледную, встрепанную меня. Я тяжело дышала, ругая себя за неаккуратное решение.
Откуда было знать, что император так отреагирует? Да он едва… нет, пожалуй, он все-таки не убить меня хотел. Это я остро почувствовала, в полной мере, от его взгляда по моей коже бежали мурашки, но вовсе не от страха.
Сама виновата. Кто меня дернул за язык с этим отбором? Я соскочила с кровати и кинулась к дверям.
- Ваше Величество! Пожалуйста, выпустите меня!!! – Мои кулаки замолотили по двери, но зашипевший барьер быстро оттолкнул меня подальше. – Ваше Величество!...
У меня были причины рваться отсюда, рваться с утроенной силой! Я выпила достаточно зелья, чтобы пережить в облике Амины целый день, но не сутки! И если зелье закончит свое действие до того, как вернется дракон…
- Блин, блин, блин! – Я порылась в декольте и извлекла на свет пузатый флакончик. Свет скользнул по остаткам зелья… на самом донышке.
Прикусив губу, сжала его в кулаке. Надо было сразу признаться, что я не Амина.
Теперь дракон, разъяренный моей попыткой покинуть отбор, не отпустит меня отсюда. Никогда не отпустит, если что-то знаю о драконах, время от времени запирающих принцесс в башнях…
Одна беда: я никакая не принцесса - и дракон скоро поймет всю глубину моего обмана... в общем, лучше бы во флаконе был яд, он мне скоро может очень пригодиться...
Норан опечатал комнату барьерными чарами и, пока гнев окончательно не одурманил его разум, переместился в приемный зал покоев. Повинуясь раздраженному взмаху его руки, хлестнул яростный ветер, сбрасывая со стойки оружие и сметая предметы на своем пути – девчонка! Вздумала покинуть его?
- Никогда, Айна!... – Обычно он не позволял себе таких всплесков, но сегодня все иначе. В природе драконов идти наперекор правилам, когда дело заходит об истинной паре: только богам известно, чего ему стоило подавить первейший инстинкт.
Он желал обойтись без принуждения – но с каждым моментом это все сложнее. Айна будто специально шла по грани, танцуя на его животных страхах и дразня дракона.
Шумно выдохнув, Норан резко поставил ладони на стол. Гнев клокотал внутри, требуя вернуться и присвоить свое. Покорить строптивую невесту любыми путями, привязать к себе.
В конечном итоге, Озеро Единения – не то место, куда ведут ради развлечения. Айна поразительно упрямо нарушала все священные законы мира, будь он чуть менее сдержан, и не смог бы оставить ее этой ночью.
Норан горько усмехнулся. Однако в смелости и дерзости ей не откажешь. С тем же успехом она могла раздеться перед ним и предложить об этом забыть – что невозможно. Ей удалось застать его врасплох, и он соврал бы, если бы сказал, что его ярость не связана с самыми темными и, увы, неудовлетворенными желаниями.
Он желал ее – не только из-за драконьих инстинктов. В этой девушке было достаточно огня, чтобы заинтересовать любого мужчину, что тревожило дракона еще сильнее. Закон не запрещал невестам покидать отбор досрочно – ничто не запрещало, кроме императорской воли.
