— А вот как, — ответила Мила и поднялась. — Пойдем-ка в коридор.
Отворив дверцы, Мила извлекла из-за старой шапки флакон с таблетками и потрясла им перед носом сестры.
— Смотри, что употребляет твой Николай! По утрам он выходит в коридор, достает таблетку, глотает и как ни в чем не бывало возвращается обратно. Ну? Как тебе это?
Лицо Ольги вытянулось, сделавшись похожим на резиновую маску, которую кто-то сильно потянул за подбородок. Мила полагала, будто ее поразил тот факт, что Николай скрывает от всех употребление чего-то недозволенного, однако Ольга потрясла ее, когда воскликнула:
— Боже мой, так ты действительно в него влюбилась! Ты следишь за ним, когда он разгуливает по коридору в нижнем белье! Так вот почему ты в последнее время зачастила ночевать у нас! И потом: ты с ним целовалась! Думаешь, я забыла?!
— Ольга, остановись! — рассердилась Мила. — Я тебе толкую про наркотики! Пытаюсь объяснить, откуда у твоего мужа появились деньги!
Ольга тут же остыла и растерянно посмотрела на пузырек, который держала в руке.
— Может быть, он болен? — с дрожью в голосе спросила она. — И не хочет мне признаваться, чтобы не расстраивать? Несет эту ношу один, как настоящий мужчина?
— Ты же говорила, что у тебя есть копия его медицинской карты, — с ехидцей заметила Мила. — Врачи наверняка считают, что он здоров, как жеребец.
— Действительно, — пробормотала Ольга. — Тогда что это?
— Скоро мы это выясним! Я отдала полтаблетки Борису на экспертизу. Результатов еще нет, но, думаю, он все выяснит со дня на день.
— Почему именно полтаблетки? — растерянно спросила Ольга.
— Потому что вторую половину съела Муха.
— Ну? — нетерпеливо воскликнула та. — И что?
— Она не рассказывала, — мрачно ответила Мила. — Однако некоторое время в ее поведении наблюдались явные отклонения.
— Не представляю, зачем Николаю глотать какие-то там таблетки. — Ольга схватилась пальцами за виски. — И почему на этом странном пузырьке нет этикетки?
— Я же говорю: это наверняка наркотики!
— Подожди-подожди! Что-то я не пойму. Ты ведь подозревала Орехова?
— Ну… да… — неуверенно ответила Мила. — Орехова я и сейчас подозреваю. — Она оживилась:
— Эх, да что там! Я всех подозреваю!
— Надеюсь, меня нет в твоем черном списке? — осторожно поинтересовалась Ольга.
— В нем вообще нет женщин. Кстати, зря. Надо этот вопрос срочно провентилировать.
— Когда Николай придет с лыжами… начала Ольга.
— Ты промолчишь и сделаешь вид, что ничего не случилось, — тут же парировала Мила. — Кстати, как ты узнала про свалившееся на него богатство?
— Как?! Он такой дурачок, что не удержался и сразу стал покупать дорогие вещи: купил себе швейцарские часы, штучный костюм, дюжину рубашек, какие носят миллионеры…
— А обещал купить тебе шубу и машину, — выпалила Мила.
— Да ведь это нелегальные деньги! — закричала Ольга. — Поэтому-то он и боится мне о них говорить. А уж тем более тратить их на меня.
— Мне кажется, ты заблуждаешься. Ты вполне можешь задать ему вопрос о тех покупках, которые он делает для себя, любимого. Спроси, спроси у него: «Откуда ты, дорогой Николаша, берешь бабки на лыжи, на костюмы, на галстуки?..» Хоть что-то он тебе соврет.
— А зачем мне враки? Мне правда нужна.
— Если тебе нужна правда, — жестко сказала Мила, — тогда сиди молча и жди, покуда следователь прокуратуры не сделает отмашку.
— Ладно, — согласилась Ольга. — Обещаю молчать. — Она тут же перешла на жалостливый тон:
— Ой, но как это будет трудно! Жить с человеком, подозревая его страшное дело в чем… — Неожиданно глаза ее округлились:
— Мила! — воскликнула она испуганно. — Что, если этот мой брак тоже потерпит фиаско?
— Хочешь пятого мужа? — подковырнула ее та. — Подожди мечтать, сначала надо с четвертым разобраться. Кстати, а почему ты сразу не спросила его в лоб, откуда у него деньги?
— Не хотела видеть, как он врет, — коротко ответила Ольга.
— Кажется, твой второй муж тоже все время врал.
— Сравнила! Тогда я была молода и переносила вранье легко, потому что не боялась остаться в одиночестве, если вдруг что-то не задастся.
— После того как ты сделала подтяжку лица, одиночество тебе не грозит, — грубо подольстилась к ней Мила.
Настроение Ольги мгновенно поднялось на несколько градусов. Она раскрыла рот, чтобы сказать что-то оптимистичное, но ее перебил телефонный звонок.
— Это Глубоков, — шепотом сообщила она Миле, передавая ей трубку после короткого обмена любезностями с ним.
— Который? — спросила Мила, почувствовав, что сердце ее подпрыгнуло в ожидании приятного сюрприза. Что, если Константин выписался из больницы и спешит взять ее под свою защиту?
— Борис! — не оправдала ее надежд сестрица.
Мила разочарованно взяла трубку.
— Борис? — спросила она. — Почему вы ищете меня здесь? Что-то случилось?
— Дедушка в Швейцарии пришел в себя.
— Поздравляю! — искренне обрадовалась Мила.
— Но он ничего не помнит, — добавил Борис.
— Тогда беру свои поздравления назад. Выходит, и дедушке не лучше, и что он изобрел, и кому это продал, так и остается загадкой.
— Звонил Вихров к сообщил, что завтра вечером закончится первая часть его расследования.
