— С чего вспомнил?
— Интересно, если на ней уже третий умер…
После похода в полицию, где у Лидос формально взяли письменное объяснение, и где по скучающим глазам оперуполномоченного ей стало ясно, что их это дело не интересует, она выбросила Аду из головы.
— Не верю в эти глупости.
— Жаль, — Юлий Юрьевич налил себе вина.
— Чего жаль?
— Цены бы ей не было.
— Ты о чём? — удивилась Лидос. Подсела к столу, протянула пустой бокал.
Юлий Юрьевич налил ей вина.
— Сегодня Лёня маякнул мне одну мыслишку. Мечтает избавиться от Влада.
— Валюхина?
— Естественно,… узнал о смерти Дёгтя и позавидовал — бывает же, человек в нужное время раз и сковырнулся.
— Лёня ж с Владом друзья!
— Поэтому такие дурацкие мечты и вынашивает. А с другой стороны, как было бы здорово, улёгся бы Влад с этой, как её…
— Адой.
— Адой… и кирдык! Идеальный вариант.
Лилос насторожилась, как охотничья собака, почувствовавшая дичь.
— Айсберг такое предложил?
— Это я так понял.
— Фантастика!
— Почему?
— Влад любит жену, и по моим сведениям не изменяет ей.
— Ерунда. Нужно убедиться, есть у твоей девки какие-то особые способности, или просто стечение обстоятельств.
— Как?
— Не знаю! Лично я не возьмусь!
У Лидос от напряжения сузились глаза. Юлий Юрьевич переключил своё внимание на аппетитный кусок пиццы.
Даня оказался на редкость обаятельным парнем. Как только чувство неловкости покинуло его, он стал относиться к Аде, как к близкой подруге. Ей тоже нравилось с ним болтать. Он так красиво рассказывал о своих чувствах. Больше всего его мучил вопрос — почему он родился не таким как все. Ведь до встречи с Игорем и подумать ни о чем таком не мог.
В ответ на его откровения, Ада поделилась своими ужасами. Рассказала о смерти каждого. Даня выслушал внимательно. Без дурацких шуточек.
— Как же тебе с этим жить? А вдруг полюбишь кого?
— Не знаю.
— Нужно проверить еще раз.
— С ума сошел! — воскликнула Ада. Из глаз её брызнули слёзы. — Не перенесу, если еще раз такое случится!
— Случается не с тобой, а с ними, — поправил её Даня. — У каждого своя судьба. Жить в неведении хуже всего. Есть много способов…
— Какие?
Даня задумался. Сказать-то легко, а вдруг еще одна смерть?
— Послушай, может к врачу обратиться?
— И что я ему скажу?
— Ну, да,… давай посоветуемся с Игорем.
— Обещал, что никому не скажешь!
— У меня от него тайн нет.
Игорь Аде не понравился. У него был порочный взгляд и приторная улыбка. Казалось, он каждую минуту любуется собой. Ада не поверила бы в искренность его чувств.
Предложил он мерзость. Найти бомжа, отмыть его, проверить на «венеру» и разочек попробовать. Если сдохнет, то не велика печаль, никто и следствие заводить не будет. А останется жив, дать денег, и пусть валит на все четыре стороны. Дане тоже не понравилась эта идея.
— Какой-то фашизм прямо, — возмутилась Ада.
— Других вариантов нет.
Даня обнял Аду и постарался успокоить.
Нинка тем временем продолжала зарабатывать деньги своим полнокровным телом. И надо же такому случиться, чтобы в одну разгульную ночь, её привезли в гостиницу, где гуляла компания из их города. Благо знакомых не оказалось. Зато среди мужиков был Жора — любовник Адкиной мамы. Его-то Нинка сразу узнала. Двое приятелей попользовались Нинкой, без всяких извращений и напряга. По-простому. А Жора пристал — давай завтра тащи подругу! Я жопастых не люблю. Заплатили по таксе, еще дали на такси. В Москве им удалось продать что-то коммерческое, поэтому не жлобились.
— Какой гад! — расстроилась Ада, — как же мама могла с таким уродом связаться.
— Все мужики одинаковые. Поработай со мной, быстро поймешь, что к чему.
— Нет, так просто этому уроду не должно сойти с рук.
— Не клофелинчиком же его поить.
— Нужно рассказать маме, — решила Ада.
— Ты чего, дура? А дальше что? Куда ей. Отец твой не примет. Жора богатый. Она сразу всё потеряет.
— Мразь! Как мама могла в него влюбиться.
— А чего, он с бабами умеет.
— Я так это не оставлю! — в голосе Ады прозвучали стальные ноты мести.
— Послушай, ты ж с ним не знакома.
— Нужен больно…
— Отлично! Поехали вечером со мной.
— И что?
— Он же просил привезти подругу. Вот и проверишь на нём свои способности.
— С ума сошла?!
— А что? Умрет — отлично, а нет, признаешься, кто ты и потребуешь, чтобы оставил мать в покое. Во всяком случае, будешь иметь на него четкую компру.
Сама мысль об этом вызвала у Ады дрожь во всем теле.
— Лечь с маминым мужиком…
