Внутренне она никак не могла смириться, что диадема выскользнула из её рук раз и навсегда. Но даже в самых смелых мечтах не собиралась воевать с итальянской мафией. Хотя посчитаться с синьорой Фелицией, ой, как хотелось. Заботило в данную минуту Лидос другое: как получить деньги с аукциона, на котором будет выставлен натюрморт Гогена. Без Соломона это было крайне рискованно. К тому же, Фелиция знала об их сделке. Время ещё было, но не думать об этом Лидос не могла. Главное — на кого опереться? В мозгу всплывал лишь один вариант — Лёня Айсберг. Но он предупреждал, чтобы она никогда больше не попадалась ему на глаза. Это Лидос не очень пугало. Ни один мужчина, который хоть раз с ней переспал, не мог отказать ей в просьбе. В этом, во всяком случае, она была уверена. Но до Москвы нужно доехать. А там её поджидает Пётр Петрович. Рисковать нельзя. Пока он жив, она постоянно будет находиться под страхом смерти. Получился какой-то замкнутый круг. Задача номер один — избавиться от Лойера. А как? Если бы рядом был Юлий Юрьевич, но Лидос даже думать не хотела об этом слизняке. Жалко времени, потраченного на жизнь с ним.
Знакомство с Сулейманом навело Лидос на мысль: не использовать ли этого татарина в своих целях. Возможно, он крут только здесь, а возможно его заинтересует хорошо оплачиваемый заказ.
От тяжелых размышлений её отвлёк стук в дверь. Она вздрогнула:
— Что нужно?
Послышалась французская речь:
— Это я. Фло.
Лидос встала, открыла дверь, впустила его.
Дане тоже не спалось. Он переживал постоянную трагедию. Пока они экстренно бежали из Парижа, времени на переживания не оставалось, и только теперь он почувствовал в сердце щемящую пустоту. Одиночество свалилось на него, сдавило грудь, не позволяя сделать глубокий вдох. Игорь его предал. Остался в Париже. В объятиях Анри. Значит, впереди совсем иная жизнь. Без любви, без партнёра, без сердечной привязанности. Кого он сможет полюбить? Другого мужчину? Юношу? Быть таким же, как все и наслаждаться частой сменой любовников? Он так не сможет. Без любви всё превращается в грязь. Но любовь не сможет возникнуть из ничего. Единственная отдушина Ада. Сдуру влюбилась, а что дальше? Ей ещё хуже, чем ему. От его желаний никто не умирает.
Дане настолько стало жалко и себя, и Аду, что он вышел из своего номера и отправился к ней.
Ада приняла Даню молча, они легли, обнялись и оба заплакали.
Никто никого не хотел утешать. Две страдающие половинки не способные стать целым. Они были обречены на одиночество вдвоём. Судьба давала им всё, забирая взамен возможность любить и быть любимыми.
Лидос предложила Фло выпить. Он с радостью согласился. Сказал в своё оправдание:
— Я гулял. Увидел у тебя свет. Решил зайти.
— Правильно сделал. В твоём возрасте спать одному просто неприлично.
— Ада меня избегает. Не думал, что она такая — признался Фло.
— Я тебе тоже не собираюсь давать — предупредила Лидос.
— Хватит с меня — вздохнул француз.
Лидос рассмеялась:
— Это Фелиция отбила охоту к зрелым женщинам?
— Она меня использовала…
— А на что ты ещё годен?
Фло смерил Лидос оценивающим взглядом.
— Знаю-знаю, — поспешила на попятную она — меня защитил. Стреляешь не раздумывая. Можешь стать таким, средней руки, гангстером.
— Меня это не интересует.
— Жаль. Если бы удалось сберечь диадему, мог бы рассчитывать на хороший процент.
— Ада попросила спасти тебя. Я сделал. И какая благодарность?
Лидос налила ему ещё коньяка. Закурила.
— Ничего у тебя с ней не получится. Ада — законченная лесбиянка.
Фло отреагировал бурно.
— Я так и подумал. Неспроста она дружит с этим педиком. Но это, же не значит, что нужно меня обманывать. Я бы даже не возражал. А она трахается с Гулей?
— Со мной. И больше ни с кем — жестко заявила Лидос.
— Тогда понятно… Фло слегка офонарел от этого признания.
— Так что оставь всякие надежды и не приставай к ней.
— Но ведь ты, же, с мужиками можешь?
Лидос загадочно улыбнулась:
— Ничего ты в этом не понимаешь. У неё между ногами так устроено, что если в неё войдешь, у неё начинается отторжение. Приступы рвоты. Будет блевать, пока кровь из всех мест не пойдёт.
— Фи — скривился Фло.
— Тебе такой секс нужен?
— Я что, извращенец?
— Вот и не приставай.
— А не врёшь?
— Думаешь, почему такому красавцу отказывает?
Фло пожал плечами.
— Давай пей и иди спать…
Лойер решил ограничить поиск заведениями Монмартра. Он был уверен, что все разговоры русских девок о танцах лишь прикрытие для занятий проституцией. В руке у него была распечатанная фотография Гули, которую он показывал в стрип барах и сомнительных кафе. Но никто её не узнал.
— Слушай, а может, она того, конкретно танцует! — предположил напарник по кличке Кутуз.
