Солидный бизнесмен просто исчез, и ни партнеры по фирме, ни отчаявшаяся жена не имеют ни малейшего представления, где он может находиться… Сын богатого эстонского фермера, уехавший в Москву на встречу с «невестой по переписке», не вернулся – и вот уже несколько месяцев не дает о себе знать… Частный детектив Ерожин буквально разрывается между двумя этими делами – пока в какой-то миг случайная зацепка не наводит его на мысль, что исчезновения двух столь разных людей, возможно, как-то связаны между собой… Главное – понять, как…
Станислав Васильевич Тихомиров смолил не переставая.
В дежурке, как в пироге с начинкой, дым застывал слоями. Вадим Ключицын сперва морщился, потому что не курил, потом привык и перестал замечать. Победно заканчивая седьмую партию, Станислав Васильевич плотоядно потер руки:
– Раз, и наши в дамках. Учись, салага, пока я жив.
Ключицын зевнул и с обреченным видом принялся расставлять шашки для очередной баталии. Победы противника не слишком задевали его самолюбие. Понятно, что, отслужив в милиции больше десяти лет и дежуря по два раза в неделю, Тихомиров в шашках поднаторел. Вадим посмотрел на часы. Стрелки показывали десять минут третьего. Не так молодой медэксперт представлял свое первое дежурство. Он вздохнул и сделал первый ход в новой партии.
Накануне Ключицын весь день пребывал в приподнятом настроении и изрядно волновался. Ему представлялись страшные картины искалеченных бандитами жертв. И он по нанесенным увечьям определяет, как они были убиты. Мало того, его заключение помогает следователю быстро задержать преступников. А на самом деле они с криминалистом уже шесть с половиной часов бьются в шашки. Скоро утро – и ни одного происшествия.
– Чего зеваешь, салага? Я опять в дамки проскочил. Нарочно подставляешься? Мы же не в поддавки играем, – пристыдил Ключицына Тихомиров.
– Станислав Васильевич, и часто мы так будем сидеть?
– Как сидеть? – Не понял криминалист.
– Как сегодня. Всю ночь ни одного вызова…
– А, вот ты о чем? Труп не терпится пощупать, салага, – оскалился Тихомиров: – Не бойся, наглядишься, еще тошнить будет. Обычная история – одно дежурство томишься от безделья, а на другом молишь Бога о передышке. Ты не спи, давай ходи.
Но сделать ход Ключицыну не удалось. По рации объявили о выезде. Тихомиров неспешно отправился в туалет облегчиться на дорожку, а Вадим еще раз осмотрел свой чемоданчик и бегом помчался вниз. Следователь Володин и кинолог Антонов уже сидели в машине. Овчарка Тибет тяжело дышала, вывалив розовый язык, и на Вадима не обратила внимания. Зато Володин, оглядев Ключицына недобрым взглядом, поинтересовался:
– Ты откуда взялся такой?
– Наш новенький медэксперт. – Ответил за парня Антонов: – Сегодня у него первый выезд.
– Ну, ну… Молодо зелено и все такое… – Сквозь зубы процедил следователь и отвернулся к окну. Тихомиров уселся в машину последним:
– Пива сегодня не пил. А отливаю каждый час.
– Простату лечить надо, товарищ майор.
– Причем тут простата? – Обиделся Тихомиров.
– Это проблема всех старых кобелей. Правда, Тибет?
Пес скосил уши и подобострастно посмотрел хозяину в глаза. Кинолог ухмыльнулся и похлопал собаку по загривку:
– Все понимает, шельма…
По ночной Москве они через десять минут добрались до места. Небольшой парк отделял огромное здание Медицинского центра от Каширского шоссе. Недалеко от главного входа топталась группка людей в белых халатах, а на асфальте лежала девушка. Она лежала на спине, словно прилегла отдохнуть. Ничего трагического в ее позе Ключицын не заметил. И лишь один туфель на высоком каблуке сиротливо валялся на асфальте, метрах в десяти от тела.
Молодой лейтенант, сдерживающий народ на некотором расстоянии, козырнул Володину. Тот кивнул постовому и склонился над девушкой:
– Нам тут делать нечего. Типичный наезд и все такое… ДПС надо было вызывать, а не нашу следственную бригаду.
– Не я вызывал. Доктора из центра шум подняли. Это их сотрудница. – Оправдывался постовой: – Они и смерть констатировали.
– Ладно, давайте, ребята, работать, раз приехали. Новенький, как там тебя?
– Лейтенант мед службы Вадим Ключицын, – отрапортовал начинающий медэксперт.
– Ключицын так Ключицын. Осмотри потерпевшую, ну и все такое… – Бросил Володин и пошел опрашивать свидетелей.
Тибет покрутился возле трупа и жалобно заскулил.
– Пес следа не чует. – Пожаловался кинолог и увел собаку.
В машине Ключицын вспоминал практические занятия в институте, что и зачем нужно делать. Но на месте сразу все забыл. Потянулся взять лежавшую за руку и пощупать пульс.
– Подожди, не трогай! – Крикнул криминалист и щелкнул фотоаппаратом.
Вспышка осветила нежные черты девушки, и сережка в ее ухе сверкнула. Ключицын вздрогнул. Лицо покойницы с открытыми глазами было прекрасно. Она смотрела в ночное небо и, казалось, любовалась звездами. И только кровь, залившая асфальт под ее затылком, говорила о трагедии.
– Может, она сама под машину бросилась? Неразделенная любовь и все такое. – Долетел до Вадима голос следователя и ответ одной из женщин, с которыми он беседовал:
– Господи, она замуж собиралась. Такая счастливая бегала…
– Вот и добегалась. Машин-то ночью нет, как ее угораздило…
Ключицын тряхнул головой, раскрыл свой чемоданчик и принялся за работу. Эта была первая насильственная смерть в его профессии, и она выглядела вовсе не так, как он себе представлял. На страшные, изувеченные бандитами жертвы девушка у медицинского центра на Каширке вовсе не походила.
