— Эльза, где Дарини? — ворвался в пещеру Гархтар, прижимая к окровавленному плечу кусок тряпки.
— У меня не было выбора. — проговорила королева. Колени ее подкосились, женщина осела прямо на пол, захлебываясь слезами. Гархтар тут же добрался до жены, помогая ей встать.
— Ты… Ты отправила ее на Землю? — тряс король супругу за плечи, пытаясь выдавить из нее хоть слово. — Сколько оборотов, Эльза? Сколько оборотов ты сделала?
— Три полных круга. — выдохнула женщина. — Двенадцать лет…
В тот день я оставил их одних. Смотрел на разрушенный город и понимал, что еще ничего не закончилось. Передышка в двенадцать лет, а потом новый бой, новое сражение, если девчонка вернется в Дарконию. Если…
Тогда я еще не знал, что этот день обязательно наступит. Сжимал в лапах одну из невест и не верил своим глазам, потому что это был тот самый запах. Едва уловимый, притупленный, но я не мог перепутать его ни с чем. Словно мечи впиваются в горло.
Я не мог дать упасть ей в море, но в моих силах было избавиться от нее по-другому. Дракон в ней спал — я не чувствовал даже отголосков, а потому мог надеяться на то, что ее вторая сущность никогда не проснется. Первый оборот всегда происходит в воздухе, когда дракон готов к рождению. Помочь сбежать, следить за ее жизнью издалека, оберегать и никому никогда не рассказывать, что маленькая принцесса вернулась в свой мир, навсегда покинув тот, откуда пришла ее мать. Я мог все это сделать, но проблемы начались еще в самом начале.
Вместо того чтобы бояться, кричать и плакать, Дарини пыталась отодрать у меня чешую! Настолько ужасно пела весь полет, что я пожалел. Себя. Но этого ей показалось мало, и тогда она решила, что приземляться в одиночестве скучно. Пришлось оборачиваться и падать вместе с ней, с трудом удерживаясь от того, чтобы не придушить ее. Дерзкая, наглая, невоспитанная, дикая! Ее запах и без того сводил с ума, а потому эмоции выворачивали наизнанку. Я поспешил поскорее убраться, но надолго оставить ее не мог.
Стоял под ее окном, устанавливая усиленную защиту как раз в тот момент, когда она решила, что ей пора бежать. Эта несносная девчонка снова упала на меня, немало разозлив и колкими фразами, и внешней невозмутимостью. Но больше всего меня злило поведение Ирарнаса, который вдруг оказался в то самое время и в том самом месте.
Не откладывая надолго свой план, я решил, что Дарини просто нужно как следует напугать, чтобы подтолкнуть в правильном направлении. Однако в первый раз она бессовестно скинула меня с дерева, а во второй — в центральном зале, при знакомстве невест и женихов нагло дерзила и отдавила мне все ноги, нисколько не убоявшись ни моих жестов, ни моих слов.
Раздражала. Выводила из себя одним своим существованием. Хотелось схватить и просто выкинуть ее за пределы Дарконии, а уже там поучить манерам и уму-разуму, но эмоции удалось взять под контроль. Прислав ей в подарок сорочку, я надеялся на быструю капитуляцию, но вмешался Ирарнас, которого тоже привлекла необычная бунтарка. Теперь меня раздражали и он, и она.
Каждое мое слово, каждое мое действие было направлено на ее спасение. Изо всех сил подталкивал к правильным выводам, к побегу, который мог для нее организовать, но Дарини словно не слышала меня. Не хотела слышать. Еще на балу я понял, что она знает гораздо больше, чем показывает, но сильнее меня волновал ее запах. Он усиливался, а потому срочно пришлось применять меры, посылая ей корзины с едой, которая была насквозь пропитана безвредным, но очень полезным зельем. На его разработку у меня ушло шесть лет, однако до конца оно все равно не заглушало ее запах. Он чудился мне даже во сне.
В тот день, когда я впервые принес ей корзину с едой, случилось еще одно впервые. Я увидел в ребенке женщину. Умом понимал, что она еще девчонка, но глаза видели пленительные изгибы, а она как назло дразнила, упиваясь тем эффектом, который произвела. Тогда же впервые она показала по-настоящему острые зубки, а я еще раз уверился в том, что в Дарконии ей не место. Только у демонов женщины настолько своевольные и уверенные в себе. Здесь же она не проживет и дня.
Все ее колкие фразы, все ее детские выходки. Она выводила меня из равновесия, но вместе с тем рядом с ней находиться было забавно, весело и интересно. Я видел ее внутренний огонь, ощущал его так же ярко, как свой и уже не мог считать Дарини и ту маленькую девочку одной и той же личностью. Это разделение прошло мимо меня, а я и сам не заметил, как стал ждать новой встречи. Просчитывал все ее ходы. Знал, что именно прячет под кроватью и, несмотря на все не собирался отказываться от своих планов. У нее может быть счастливая жизнь. Но не здесь.
