Милана вопросительно на меня смотрит, медленно опускается на колени.
От такого вида ласк я почти никогда не в состоянии отказаться. Только сейчас понимаю – я не ее губы хочу. Мне губы моей Златовласки милее. Жестом останавливаю ее попытки расстегнуть мне ширинку, отпускаю к себе и включаю компьютер. Давно пора приниматься за работу.
«Надо бы научить мою блондинку баловаться ротиком!» – вдруг всплывает в голове мысль.
Стоит только подумать о том, как увеличатся глаза девчонки, когда я ей это предложу, в штанах становится тесно. Милану не захотел, а стоило вспомнить про Злату – и на тебе, пожалуйста.
– Хм…
Осознание не радует. Эдак я еще чего доброго верность ей хранить начну. Оно мне надо? Сто лет в обед не приснилось! Я не завожу постоянных партнерш в принципе. Мои самые длительные отношения – с Миланой, и то только потому, что она отлично работает. Я понятия не имею, с кем еще она спит, что она делает по вечерам, и вообще нравлюсь ли я ей как мужчина. Мне это глубоко безразлично. Со Златой по идее всё должно быть точно так же, ведь не за красивые глаза под меня легла. Всё четко, ясно и понятно. Девочка приехала в Москву, хочет зацепиться, денег заработать или еще чего, я не против. Получит свое сполна, но никаких отношений я с ней заводить не буду.
«Не буду?»
Моя квартира скоро будет готова. Возьму, просто так уеду и оставлю ее отцу? Обойдется! У него и без нее любовниц куча. Кстати, все как на подбор ее типажа. Низкорослые стройные блондинки. Он за такими волочится, сколько его помню.
Мама тоже была такой – хрупкая, светло-русые волосы, серые глаза. Я ее почти не знал. Она умерла от рака, когда мне было четыре года. У отца в альбоме есть ее фото. В детстве я очень любил на них смотреть. А потом он опошлил ее образ бесконечной чередой любовниц, которые – все как одна – мечтали стать его женами. Многие пытались подластиться к нему через меня, показать, какими замечательными мамами могут стать. Я их ложь за версту чуял. Еще поэтому ненавижу блондинок.
Однако Злата ни на одну из них не похожа. Она не пытается мне врать, что-то там себе выторговать, по крайней мере пока.
Решено, забираю ее с собой.
Правда, у меня уже есть горничная, приходит пару раз в неделю. Не люблю, когда в квартире постоянно кто-то находится. Но Злата ведь другое дело – с ней комфортно, она не напрягает. В принципе, мне ничто не мешает заменить ею старую горничную.
Пусть девчонка живет у меня, готовит свои ужины, греет мою постель. Побудем вместе, пока этот формат отношений будет устраивать нас обоих. Если вдруг начнет претендовать на большее, выставлю ее – и всё.
«А вдруг не согласится перебраться ко мне?»
От этой мысли в груди неприятно колет.
«Да куда она денется!»
Заберу как миленькую, а отец себе еще кого-нибудь найдет. Эх, не знает он, какое я сокровище собираюсь увести у него из-под носа. И не узнает. Вообще не хочу, чтобы они встречались.
Просматриваю новые макеты. Ребята у меня работают знающие, но всё равно предпочитаю всё проверять. Девушка-модель в красном платье очень выгодно смотрится с черным флаконом духов в руках. Однако можно добавить в изображение немного золотых вкраплений, тогда общая картина будет более сочной. Мне вообще в последнее время везде хочется добавить золота…
– Да, Артём Артёмович, это уже диагноз… – бурчу себе под нос.
Отчего-то хочется услышать голос Златки, причем прямо сейчас. И желательно не расстроенный. Девчонка ж не знала, что я противник ласковых прозвищ. Получается, наорал ни за что. Тянусь к телефону и вдруг понимаю – у меня нет ее номера!
Сплю с ней каждую ночь, ем приготовленную ею еду, собираюсь забрать ее домой, но у меня даже нет ее контактов…
«Стоп, но ведь она сейчас у отца, там есть стационарный телефон!»
Набираю нужные цифры, Злата отвечает почти сразу.
– Алло?
Святая простота, ни тебе «квартира Артёма Энгрина», ни чего-то в этом роде. Простое «алло». Ладно, вот переедет ко мне, научу, как нужно отвечать по домашнему телефону.
– Злата, дай мне свой номер мобильного! – начинаю с главного.
Девушка некоторое время просто дышит в трубку, потом заявляет:
– У меня его нет.
– Чего нет? Телефона? Разбила, что ли?
– Не била, просто забрали перед моим отъездом…
– Кто?!
– Приемный отец, номер был оформлен на него, и телефон тоже его…
– Ясно… – больше вопросов не задаю. – Скоро буду дома, жди!
Что ж там за сказочная семейка была, раз у девчонки забрали телефон? Недаром она мне сразу показалась какой-то зашуганной. Разве будет нормальная девушка так беспрекословно мне подчиняться? Ой, вряд ли. Похоже, выдрессировали ее в приемной семейке по полной программе.
Как-то неожиданно мне становится стыдно за мое к ней отношение. Мягким быть попросту не умею, хотя, положа руку на сердце, ни разу даже не старался.
Собираюсь домой, по дороге захожу в салон сотовой связи, покупаю iPhone последней модели и спешу в отцовскую квартиру.
Как только открываю дверь, Злата выбегает в прихожую, здоровается.
