Спрятав в сейф волшебную колоду, на которую никто в принципе не покушался, потому что украсть её — означало огрести смертельное проклятье на свою дурную голову и загребущие ручонки, глава волчьего клана вышел за дверь, предоставив в распоряжение Дмитрия собственный кабинет. На самом деле гулять Акиллару тоже не хотелось, но… надо! Причём не только из-за сыскаря.
Глухое недовольство, вскормленное неудачными попытками отследить обладательницу сочных вишнёвых губ, не могла сгладить даже магия карт. Хотелось схватить Димку за шкирку и как следует тряхнуть, чтобы быстрее работал. Только пользы от такого подхода никакой — один вред. Так что выйти в сад воздухом подышать — отличная идея. Заодно можно выгулять заскучавших любимцев: двух белых волков. Настоящих, а не двуногих.
Если придерживаться теории, что тёмных личностей тянет на место преступления, я, получается, очень-очень тёмная. И Грум, походу, тоже. Иначе чем объяснить, что из всех районов Гримшера мы для ночной прогулки снова выбрали один из кварталов белых бьёрнов? Только неуёмным любопытством и глупостью, признавать которую категорически не хотелось. С другой стороны, ни один нормальный сыскать не додумается искать нас в саду Акиллара через несколько часов после инцидента на балконе. Ненормальный, надеюсь, тоже. Ночь ведь… поздняя — все спят давно!
Именно с этими мыслями я и забралась на высокую каменную ограду, увитую плющом. Села, свесив ноги в сад, и сплела заученное наизусть заклинание невидимости, чтобы прикрыть дожидавшегося внизу Грума, на которого из-за расстояния в несколько метров действие моего артефакта не распространялось. Глядя на красиво подсвеченные фонарями розовые кусты и на дерево, бутоны которого мерцали голубым, принялась задумчиво поглаживать кулон, мысленно решая крайне важный вопрос, суть которого сводилась к одному-единственному слову — нафига?
Нафига я, вместо того чтобы готовиться к собеседованию в родном и безопасном трейлере, торчу тут и непонятно чего жду. Действительно ведь ночь! Часа два уже, не меньше. Тихо, спокойно, скучно. Ветер треплет волосы, фонари горят, волки бегают…
Э… волки⁈
Две огромные зверюги пронеслись мимо, играя друг с другом. Потом одна помчалась дальше, а вторая вернулась, заинтересовавшись… нет, не мной — всего лишь экзотической Айварией, растущей у ограды. Это было крайне необычное для местного климата дерево с кучей похожих на шары цветов, полных пыльцы. Вместо них, осенью появятся сочные плоды, пусть и не очень аппетитные с виду, зато безумно вкусные. По словам гурманов — я сама не пробовала.
И чего, спрашивается, животинке под деревцем понадобилось? Клад ищет, что ли?
Инга, помнится, говорила, что у её бывшего любовника есть парочка питомцев, которых он любит значительно больше своих фавориток. Люди обычно собак заводят, котиков или, к примеру, енотов, а этот помешан на волках всех мастей. Даже карты Сиренити, попав к нему в руки, сменили элегантный узор рубашек на жуткие волчьи морды. Не знаю, как правильно всё это называется: некая разновидность самолюбования или просто клиника? Но одно мне известно точно — Акиллар Рурк окончательно и бесповоротно повёрнут на волках.
Пока я рассуждала о белом вожаке и его маниях, мохнатый любитель древесных корней выкопал зарытую под Айварией косточку и принялся с таким аппетитом её грызть, будто этого обормота дома не кормят. Предусмотрительно сменив позу, чтобы, не приведи боги, меня никто не сдёрнул за пятку и тоже не пожевал, я сильнее сжала кулон, от которого тут же пришла успокаивающая волна тепла. Мол, не дрейфь, Элька: никто нас тут не достанет.
Смаури был когда-то подарен людям Ксандром — богом лжи и покровителем воров. Так что долгое время кулон служил отнюдь не добропорядочным гражданам, пока в конце своей бурной деятельности не осел в руках старой ведьмы, которая отдала его на хранение часовщику.
Сказала, чтобы тот дождался хозяина, которого артефакт выберет сам. Ну а вскоре в этом городе появились мы с ребятами. Так Смаури и перекочевал ко мне. Теперь охотно вспоминает былые навыки, скрывая нас с Грумом от нежелательного внимания окружающих.
В отличие от заклинаний невидимости, отвода глаз и прочих аналогов, Смаури мог спрятать своего владельца не только от людей, магов и бьёрнов, но и от видеокамер, датчиков движения и прочих следящих устройств: зачарованных и нет. Более того, дары богов, как выяснилось, действовали даже на тех, кто был амагичен. Иначе как бы Акиллар Рурк смог пользоваться волшебной колодой?
