Ох и влетит девчонке. Надеюсь, не сильно. Но если хотела нагадить мне… Пусть сильно. А я, обрадовавшись срабатыванию коварного плана по отвлечению внимания от меня, пошла досыпать свое. Я привыкла спать в любой ситуации и побольше. Чем и собиралась заняться.
Меня не стали трогать и будить на завтрак, поэтому проснулась сама ближе к полудню и сразу же села писать текст договора с точки зрения земных законов и морали, каждый раз пряча лист под тетради, слыша шум за дверью. Радовало, что хотя бы тело помнило, как писать перьевой ручкой, иначе мне было бы совсем не весело.
В полдень в комнату, вошли мачеха и несколько слуг, даже не постучав.
— Милая, ты уже не спишь? — спросила сначала она, избегая встречаться взглядом со мной. — Прекрасно!
— Нет, Лиэль, — улыбнулась я, стараясь не смотреть на спрятанные листы. — Я нужна тебе?
— Нет, пришли помочь тебе собраться. Остальные сейчас занимаются с учителями, я подумала, что лучше мы сейчас быстро с тобой соберемся, чтобы вы могли провести время перед твоим отбытием.
Кивнула.
— Хорошо. Это отличный план, — улыбнулась слабо ей. — Спасибо. А почему отец отпустил сегодня меня, раз договаривались на завтра? — осторожно спросила я, боясь реакции. Надеюсь, вопрос не странный.
Эльфийка подала знак служанкам, чтобы те начали собирать вещи, а сама села на стул рядом со мной, и, тяжело вздохнув, заговорила.
— Он желает тебе счастья, Лития. Я знаю, что тебе было тяжело. Ты потеряла мать, а Реймоэль любимую, не успев даже связать себя с ней. Боги послали ему меня, но как бы я не старалась, мать заменить я не смогла. Возможно, тебе кажется, что мы хотим поскорее от тебя избавиться… Наверное, на твоем месте я бы так и думала. Но это не так. Дамос Джаэль своеобразный молодой эльф, но он хороший. Реймоэль знает тебя, знает его… Вы отлично подходите друг другу, ведь камни ваши в храме молчат. Но вы будете отличной парой. Позволишь? — спросила она протянув ко мне руки.
— Да…
Женщина протянулась ко мне и обняла. В памяти всплыли объятия бабушки. Родителей я не знала, еще до моего первого дня рождения они погибли, а после меня воспитывала бабушка, пока не умерла сама. Больше половины жизни я была одна. И сейчас, испытать эти объятия… Да, они предназначены были другой. Но прикрыв глаза, на мгновение представила, что они для меня.
Поддавшись порыву, ответила на объятия, почувствовав, как по щекам потекли редкие слезы.
— Ты чего? — явно смутившись и не ожидая такой реакции, ответила мачеха девушки, в чьем теле я оказалась.
— Ничего. Просто… — слова застряли в горле, а я просто уткнулась лбом в плечо женщины, стараясь взять себя в руки. — Спасибо тебе за все.
Она не стала ничего больше говорить, в просто обнимала и осторожно поглаживала по спине, позволяя мне успокоиться.
Стало стыдно за эти эмоции. И еще больше стыдно за то, что обманываю ее.
— Я рада, что твой последний день тут начался так, — улыбнулась Лиэль, взяв меня за руку. — Мы всегда будем рады тебя видеть дома.
— Спасибо, — шепнула я, поджав губы, боясь, что снова потеряю контроль над собой.
— И не забывай нам писать. Мы будем рады любому слову от тебя.
— Хорошо, — кивнула я, порывисто обняв женщину.
Как же хотелось бы самой расти в такой семье…
Больше тему моего отъезда не обсуждали, сконцентрировавшись на сборах. Платьев, точнее орудий пыток, было много. С улыбкой соглашалась с мнением мачехи, которая предлагала какие-то забрать, а какие-то оставить. Но при этом она настояла забрать все украшения, а я незаметно скинула все дневники в один из сундуков. С украшениями тут явно какой-то свой культ, который я не понимала.
После состоялся обед, на который собирались всей семьей. Братья и сестры были освобождены от оставшихся занятий, поэтому задавали разные вопросы, обнимали меня, даже слуги собирались, подарив мне от себя небольшую тетрадь, под предлогом того, что они знают, как я люблю дневники.
С радостью приняла. Сама я никогда не доверяла себя бумаге, но найду, куда применить подарок.
Но все время ждала герцога. Титул я его запомнила, рано или поздно и с именем справлюсь… Было страшно, что родные Литии что-то заподозрят. Но пока вроде они верили в то, что я просто повзрослела. Кажется.
Уже глубоким вечером, незадолго до того, как я покинула поместье, Лувиниэль, старшая из детей мачехи и отца, подошла.
— Лити, почему ты решила отправиться к герцогу? Ведь вы с Эдсэлем…Мы были уверены, что ты любишь его, — в голосе девушки смешались обида, любопытство, волнение.
Понимала ее. Она рисковала, отвлекала мать, брала удар на себя и все зря, еще и явно была наказана
— Я не хочу подставлять вас, Луви, — обратилась к ней так, как называли ее остальные дети. — Когда мы поговорили с герцогом вчера… Он не так плох, как мне казалось. А я поняла, что не хочу вредить вам, — коснулась плеча сестры, надеясь так подтвердить для нее свои слова. — Ведь мой побег подорвал бы репутацию семьи, репутацию отца, были бы сложности у вас всех потом с браком. Я оказалась не настолько эгоистична.
— Что? — отреагировала она, стоило произнести последнее слово.
