— А я говорю, не вешай нос! — с нажимом сказал он. — Ты не одна Варь. Я помогу.
— И как? — наконец усмехнулась я, — сосватаешь меня?
Вовка не улыбнулся. Взгляд его остался серьезным.
— Надо будет и сосватаю.
— Не шути так… — проговорила я. — Из-за меня на такие жертвы не надо идти. Я ведь знаю, ты в Маринку влюблен, что из соседнего села, на ярмарку приезжает… ты сам сказал.
— Ну и что?
— Да как что…?!
— Варь, а если бы я сказал, что в Польку влюблен, ты бы поверила?
Слова застряли в горле. Вовка протянул ко мне руку и, притянув к себе, поцеловал. В наступившей тишине были слышны голоса из деревни, плеск воды у берега и слегка учащенный стук сердца Вовки. Оказалось, что поцелуй моего друга был не таким уж и неприятным. Я много раз думала, а что было бы, если бы вдруг…мы стали парой. Но Вовка не представлялся мне кем-то ближе. А сейчас я увидела его совсем с другой стороны. Секунды шли… он отстранился он меня и посмотрел в глаза.
— Не бойся.
Меня хватило только на короткий кивок. Мы дошли вместе обратно. Вовка проводил меня до калитки и предложил встретиться вечером, поговорить, и все продумать. Я зашла домой, выслушала нотацию от бабушки и тут же в утешение получил чашку чая и целую тарелку пирожков с мясом. После позднего завтрака я ушла в свою комнату и легла на кровать. Проспала я почти до самого вечера.
Вечером меня бабушка разбудила. Сказала, беспокоилась, думала плохо мне, вот и сплю без задних ног.
Просыпаться не хотелось. В памяти сразу всплыло, все произошедшее утром. Поля, баба Маня, Полоз… и Вовка.
Я закатила глаза и плюхнулась обратно на кровать. Вовка был, дурнеем и балагуром. Я дружила с ним с самого детства. Когда он сказал что любит девочку из соседнего села, я его даже на смех подняла. Дуреха… конечно он промолчал. Сама виновата.
Я поднялась с кровати и прошла на кухню. Бабушка смотрела какой-то сериал, и вязала. Я, молча, налила кружку молока и уволокла со стола пирожок.
— Ох, Варька, да поела бы нормально! На одной сухомятке уже неделю!
— Ба… — вяло протянула я, — а что мне делать, если ко мне Полоз посватается?
Бабушка вдруг перестала вязать. Она обеспокоенно повернулась ко мне. Взгляд мне бабушкин не понравился. Я прожевала пирожок и беспечно пожала плечами.
— Ну…к примеру. Стало интересно. Поспорили с Вовкой.
Бабушка мне не поверила. Я это увидела. Но все равно улыбнулась.
— Так знамо что… жениха ищи. Жених колечко на палец оденет золотое и окольцует тебя. Своей сделает. Перед этим Полоз бессилен. Вот, правда…
— Что?
— Если ты полозу очень сильно приглянулась, он будет предлагать подарки жениху. Будет манить его деньгами да богатствами. А если жених от тебя откажется, то Полоз заберет тебя.
Еда стало в горле комом. Во рту появился привкус желчи. Совершив титаническое усилие, я проглотила молоко.
— А…а с моей далекой прабабушкой то же самое произошло, да…?
— Так я ведь сказала, что они сами отдали ее.
— Мать двоих детей? Ба, я не верю, что так все было. Не мог он ее просто так отдать за цацки!
Бабушка удивленно уставилась на меня. Я сама не заметила, как начала громко кричать.
В комнате повисла неловкая тишина. Поставив кружку с недопитым молоком в раковину, я вздохнула.
— Прости, ба… что-то сорвалась.
— Я всего лишь говорю, как мне было когда-то рассказано, Варя. Сейчас — то, и концов не найти.
— Да…
В калитку громко постучали. Я вздрогнула от этого звука. Опередив, и чуть не сбив бабушку с ног, я едва не по пояс высунулась в окно. За забором стоял Вовка… я выдохнула с облегчением. Совсем уже больная становлюсь.
— Варька! Да ты в своем ли уме! Чуть не зашибла!
— Прости, ба! Пока ба!
Я моментально обулась и умчалась за калитку.
Вовка был довольно веселым. Казалось, его утреннее откровение никак не задело.
— Привет! Я узнал у прадеда кое-что. Тебе будет интересно!
— Я тоже у бабушки поинтересовалась… жуть еще та.
— Пошли к лесу! Что б без посторонних.
Мы двинулись в обратную строну от реки. Там на окраине люди косили траву для сена. Поэтому сейчас среди зеленого поля высились зленные стога.
Пока Вовка что-то беспечно рассказывал про то, что у него произошло дома, я почему-то вспомнила, как я сильно возмутилась тогда бабушке на кухне.
Не мог ведь…?
