Были предположения, что всех арестовали люди Леонида. Но я бы поверила в эту версию, если бы не внутренне предчувствие беды. Я ведь не только по поводу Миранды туда прусь, но и из — за остальных, что просочились через ту дверь.
Совесть грызет и ответственность берет за горло. Моя вина! И только моя!
Пока одевалась, думала о Гордоне. Он же тут писарем работал. О Друме узнал в стенах библиотеки графа. Отсюда его и понесло на эти поиски, как одержимого. Может есть литература какая у графа еще? И прочитать Арлен сможет? Так, это все потом.
Экипировалась в охотничий наряд покойной мамы графа. В одежду, что дала Дария не влезла. Давно перестала себе удивляться, что не брезгую «секондхенда». А тут некоторые вещи лет триста назад носили, такому качеству позавидуют все наши бренды!
Граф смотрит на меня, словно я источник его счастья и надежда на светлое будущее.
— Ты пойдешь с ней! — Топает каблучком графиня, успокоившись и перейдя вероятно в боевую стадию «пилы». — Никаких начальников стражи мне.
— Но я не могу оставить замок без присмотра! — Пытается уклониться граф. — Там нечего делать такому большому отряду. Подземелье не такое уж и запутанное. И все опасения Валерии напрасны.
Ему не особо хочется идти, и я такого настроя понять не могу. Боится неведомого?! Или знает что — то, чего не знаю даже я?
— Ты трус несчастный! — Фыркает графиня при мне и рыцарях, мы собрались в отдельном зале. — Я устала от твоих трусливых порывов. Ты всегда был бесхребетным…
Такое ощущение, что и рыцари получают по первое число, встали по струнке, смотрят куда — то вдаль…
— Замолчи! — Кричит граф, трясясь от негодования. — В тебе говорит отчаяние. Оно и заставляет поливать меня грязью при моих людях и леди. Я не виню тебя. Но и ты пойми! Я не могу оставить замок при осаде, мне высокий лорд голову снимет, если узнает! А он узнает, маг ведь его тут, башню главную занял и что — то там выясняет!
— Я разберусь с ним сама, а ты иди с Валерией. Дочь нашу верни, ты рыцарь или кто?! Вдруг ее держат в заложниках! Арлен, ты идешь, и точка.
На том и порешали… Выстроила рыцарей, что граф отобрал для вылазки. Ощущаю себя «Рипли» из фильма про чужого. Мордахи у мужчин задорные, со шрамами у некоторых большими. Опытные бойцы в зеркально блестящих доспехах. Ухмыляются, смотрят с высока, в предвкушении славной прогулки по прихоти какой — то там дамочки не накрашенной. То есть меня.
Графиня вышла вместе с графом. Не успели дверь за собой закрыть, уже начались его утешения и ее новая порция слез.
И тут вдруг я вспомнила о своих родителях. О которых напрочь забыла! Забегалась, запрыгалась, живу, как в сказке и во сне! Что с ними, как они без нас? Что они подумали, когда в одночасье мы исчезли… Мамочка моя, сколько ты уже слез выплакала? Двух дочек сразу лишиться… А как там мой отец? Лишь бы они глупостей не натворили. Сердце щемит в тревоге. Завязла я тут! Потерпите родные мои, ждите, не забывайте. Мы обязательно вернемся.
Смотрю на свой отряд, стряхивая слезу незаметно. Лица мужественные, невозмутимые. Расслабились рыцари, стоило начальнику скрыться. Смешки пошли и перешептывания. Да меня в серьез даже не воспринимают!
— Леди, а в чем такая опасность? — Начал деловито один из тех, что строил мне глазки. — Кто бы не встретился на пути, мы справимся. Я в одиночку три десятка орков пешим зарубал.
— Да больше, больше говори, — подкалывает его другой.
Смеются… А я хмурюсь. Но на меня смотрят с каким — то снисхождением. Я ведь для них никто. «Вассал моего вассала не мой вассал». Перевожу: у них есть свой бос!
— Миледи, стоит ли вам туда соваться? — Подхватил другой красавчик со шрамом на пол щеки. — Покажите эту пещеру, и мы вычистим ее от любой нечисти, сколько бы их там ни было.
— Даже если там магические твари, у нас есть амулеты, а доспехи ковалась гномами.
— Эльфийская сталь лучше, — усмехнулся высокий рыцарь с белыми прямыми волосами до плеч, напомнивший мне вдруг Юджина. Очень на него похожий! Но черты лица несколько отличительные: нос тоньше, глаза другие. Сердце отлегло. Фух…
— Леди, нам бы одним идти, без вас, — прогудел самый большой среди отряда. — А то и за вами следи, мало нам одного лорда в обузу.
Гадкие смешки пошли. М — да, не очень — то его уважают эти самые — самые грозные воины. Наверное, жену больше слушаются.
— Я бы лучше на стене нахальную харю Леонида начистил, чем за любовниками малолетники гоняться, — выдал бородатый рыцарь. У этого шрамов на лице больше всех.
— Полно тебе, — осек его сосед. — У Графини горе…
— Не то горе графиня горюет, — произнес бородатый с сарказмом. — Граф ринулся в горы за какой — то бабой, с таким рвением, быстрее чем на созыв сюзерена. И Леонид сюда приперся тоже за ней. А Арлен бабу — то не отдает…
— Ты бы лучше помолчал, — фыркнул вдруг высокий блондин. — Миледи, которую вызволяли мы в горах у собаки Юджина перед нами и стоит.
Бородатый все свои острые фразы и проглотил. Глаза черные округлил.
