Передаю факел блондину, киваю на туман, сторожи полуэльф, раскусила я тебя. Прыгаю на барона прямо сверху. Вспоминаю уроки первой помощи. Ладонь в район сердца, вторую сверху. Руки прямые, корпусом толкать. Раз! Два! Три!.. И пошла работать быстро, выдерживая такт. Никогда не практиковала. Но вроде правильно. Уже не думаю ни о чем другом. Лишь бы ты родненький вернулся в этот мир. Двадцать шесть! Двадцать семь! Двадцать восемь! И не злюсь на тебя за твой острый язык и грязные шутки.
Перехожу на искусственное дыхание. Вдыхаю поглубже, нос ему зажимаю. Губами к губам. Борода колючая! Выдох! Еще! Еще! Теперь снова руки к сердцу… Раз! Два! Три! Быстрее, еще быстрее!
Снова воздух! Голова уже кружится, но я упорная!
Перехожу на сердце. Давай! Давай! Раз! Два! Три! Импульс… искорка будто в грудь прошла шестым чувством ощутимая.
Протяжный вдох! Живой! Барон выгнулся так, что я полетела в сторону. К счастью, упала на мягкий мох. Меня поднял Наэль, взгляд ошарашенный. Но кивнул с осознанной благодарностью. Смотрю, барона облепили, обнимают товарища, с того света вернувшегося.
— Это миледи…
— Валерия…
— Целительница наша…
— Теперь я знаю, почему миледи пользуется таким спросом, — прохрипел барон свою грязную шуточку. — Ваш поцелуй дарует жизнь. А что будет…
— Побойся владыки, так шутить! Ха — ха — ха, — смеется Гекар.
Опять он за свое. Стою едва на ногах от бессилия, и прибила бы, и радостно, и страшно. Туман с потолка посматривает на нас с досадой. И не убил, и чуть не подожгли. А нечего тут нас затыкать!
Для рыцарей я сделала чудо, или магию сотворила. Они ж не привыкли к таким смертям. Мечом, стрелой, колюще — режущими. В груди защемило. Про деда Долтана вспомнила, что ж я курица рассеянная его не попыталась откачать тогда!
Не успели нарадоваться рыцари. Из пещеры, откуда вышли, шум раздался нехарактерный!
Пошатывающегося Анатолия подняли. Все в боевых стойках, хоть и ожидают своих с верхних этажей. Я позади, как полуобморок. Из пещеры на нас глаза фиолетовые смотрят. На фоне черного! Вроде и светло было внутри. Не сразу дошло, что это окрас существа.
Стало оно неспешно выходить, изучая новых диковинных животных, то есть нас. Рыцари ж блестят, они и побольше сектантов, пострашнее за счет доспехов. А само оно все черное, что смола, переливается. Иголки торчат, как у дикобраза. Вот только габаритами оно с целого льва! Задние лапы изогнуты, как у кузнечика, коленки над спиной возвышаются. А передние когтями мох под себя подгребают, и от этого скрежет о камень раздается неприятный.
Пятимся назад. Озираюсь на туман.
«Мы больше не будем шуметь, только не трогай нас…», — выпалила, нам за спиной врагов не надо!
Тварь замерла, едва вышла из пещеры. Пасть разинула, словно зевая непринужденно. Зубы черные обнажила, на фоне светлой полости по три ряда острых, акульих клыков!
Не успели и моргнуть, из проема показались еще твари подобные этой. Только иголки и шипы у всех по — разному точат. Морды тоже разные: у одних узкие, у других широкие. С лапами тоже не ясно, изгибы, толщина у каждого особенные. Но все однообразно улыбаются, показывая, какие у них великолепные здоровые ровные зубы.
— Оливер, — прошептал барон. — От виконтессы ни на шаг.
— Собой закрою, сэр. Отступать некуда.
Рыцари перевязи со снаряжением скинули, готовясь к неминуемой схватке. А твари продолжают высыпаться из пещеры. Уже второй десяток набежал. Мне вот интересно, почему следы этих тварей никто не распознал?! Следопыты несчастные. С пещеры, что сверху тоже показались черные таракашки и сразу же по стенке поползли в нашу сторону. Эти поменьше, размером с кошку.
Толпа собирается вокруг первого вышедшего, а мы все пятимся к краю. Он, самый крупный, и их предводитель, я это чувствую. И вообще! Много чего витает в воздухе и колеблет всякие там радиоволны! Все это медальон Юджина делает! Чутье мое развил, или сам передает прямо в мозг. И от этого не легче! Звериность всю эту кожей чую и… жажду ощущаю! Неистовую! Они нас съесть хотят. И между собой уже делят! На Оливера самый большой спрос, и на меня!
— Да, шлема и щиты сейчас бы не помешали, — буркнул Гекар с досадой.
— Кто ж знал, что на ратное дело идем, пещеры ж, — прошипел в ответ барон, сжимая обеими руками рукоять.
Материализую лук. Давно пора! Сразу надо было, как только первый вышел. А теперь они нас широким фронтом задавят!
Твари почуяли опасность и рванули вперед! Самый крупный прямо с места прыгнул на Оливера, чем и застал врасплох. Прямо на его броню! Сбил с ног. Выстрелила в черное тело, практически не целясь, словно на автомате. Не забыла ведь, как стрелять! Образине хоть бы что, стрела затерялась в шипах. Пустила еще три. Только тогда она отцепилась и завалилась на лежащего здоровяка. А в его помятые латы уже вцепились монстрики поменьше. И активно терзают!
