— Нет, — виновато призналась я.
— Это ничего, еще познакомимся, и с Алексом вы подружитесь! Он несколько избалован и бывает просто невыносимым, но парень он хороший, в обиду не даст! — в ее голосе звучала столько нежной любвик юноше, что я даже позавидовала ему.
— Спасибо вам, — почти шепотом произнесла я, все еще пытаясь выровнять дыхание
— А ты очень похожа на мать, — с улыбкой произнесла она.
— Вы заберете меня?
— Да, к сожалению, я ничем не могу помочь твоей сестре, но я пообещала ей позаботиться о тебе и намерена сдержать свое слово! Боже, я столько лет потеряла из-за упрямства и ненависти вашего отца!
Алекс вернулся и протянул мне стакан воды. Я взяла его и тут же едва не выронила: оказывается, у меня все еще ужасно тряслись руки. Юноша вырвал из моих ослабевших рук стакан и напоил меня.
— Ох уж эти нежные барышни! — проворчал он.
Я нахмурилась и отстранилась, холодная вода действительно немного взбодрила меня и я, выказывая свое недовольство взглядом, обратилась к нему.
— Наверное, вы были бы смелее, столкнувшись нос к носу с тем, кто истязал и мучил вас с самого рождения, и снова оказавшись в его полной, безграничной власти?
Улыбка исчезла с лица молодого человека, и он пристально посмотрел мне в глаза, но не произнес ни слова.
— Это княжна Алиса, она теперь будет жить в моем доме, Алексей! И я очень рассчитываю на тебя! Надеюсь, что вы подружитесь, и ты станешь настоящим защитником для этой юной леди! Ты и представить не можешь, насколько жесток и безумен ее отец, да и я наверняка знаю не слишком много! Отнесись к ней с уважением и прекрати так нагло таращиться! — тетушка одарила юношу строгим предупреждающим взглядом и тот, поджимая губы, виновато опустил голову, хотя мне казалось, что он просто прячет таким образом очередную наглую улыбку, а точнее насмешку.
— Я должна забрать твои документы! Приходи в себя, дорогая, и займись делом — собери свои вещи в дорогу! Я не намерена задерживаться в этом городе!
Она неспешно последовала прочь, оставляя меня наедине со своим племянником. Известие о том, что мы немедленно покинем город и я оставлю здесь Ри совершенно одну, без помощи и защиты, рвало мне сердце. Слезы застыли в глазах, и я снова почувствовала болезненный спазм в горле.
— Что с вами не так? — голос нового знакомого заставил меня немного опомниться.
— Ничего! Я плохо справляюсь с собой в последнее время! Когда мне страшно, я задыхаюсь…иногда! — честно призналась я, и потянулась за стаканом воды.
Он минуту изучал мое лицо, потом опустился на диван совсем рядом со мной, склонился и, словно доверяя мне какую-то страшную тайну, произнес вполголоса:
— Любой страх можно убить, леди! Его можно придушить, утопить или, к примеру, пристрелить — тут уж какая метафора вам больше по вкусу! Важно понять, что это вы должны управлять своим страхом, а не он вами, вы можете его контролировать и… отключать! Если хотите, я научу вас этому!
Я думала, что он шутит, но лицо молодого человека было совершенно серьезным!
— Хочу, — тихо проговорила я.
Алекс тут же изменился в лице, лукаво улыбаясь.
— Хорошо, маленькая леди, только потом не жалуйтесь на меня тетушке! — он подмигнул мне и откинулся на спинку дивана.
Я отчего-то смутилась и даже покраснела, заставила себя встать и, крепко держась за перила, отправилась собирать вещи. Спиной я ощущала наглый и слегка насмешливый взгляд своего нового знакомого, и он одновременно раздражал и раззадоривал меня. Я еще покажу этому наглецу, на что я способна! Я не такая уж и неженка… больше нет!
Оказывается, мир действительно тесен! Мне потребовалось узнать имя любовницы судьи, и, как ни странно, но ею оказалась небезызвестная мне княжна Воронова — юная покорительница мужских сердец! Что ж, такое положение вещей полностью меня устраивало!
Я передал ей послание о том, что желаю встретиться и почти сразу получил ответ: девушка вовсе не была против нашего с ней знакомства. На бал в доме мисье Гроссера она явилась в вульгарном открытом платье, которое оголяло не только плечи, но и большую часть туго перетянутой корсетом груди. Расшитое бусинами и украшенное лентами, оно смотрелось броско и ярко, наверняка стоило немало, но во мне эта показная бравада вызывала только отвращение.
Нас представили друг другу, как это было принято, и мы сговорились о первом совместном танце.
— Так значит, вы тот самый знаменитый герцог Богарне, который так любит радовать наш скромный городишка своими частыми визитами? — обольстительно улыбаясь, произнесла девушка.
Она не притворялась невинной овечкой — слишком очевидной казалась ее привычка вызывать в мужчинах желание и почти животную похоть.
— А вы — прекрасная графиня Воронова, похитившая сердца всех завидных холостяков в этой округе?
— Я рада нашему знакомству, герцог! Мне очень льстит ваше внимание! — она снова улыбнулась.
Зазвучали первые аккорды, и я протянул к ней руку, приглашая на вальс.
