Мой план был прост. Для начала я преподнесла себя, как даму, может быть, и не слишком разбирающуюся в делах (еще бы — ни во что другое мужчины не способны поверить!) и очень беспокоящуюся о благополучии простого народа. Я рассказала о некоем предприятии, в котором предположительно имеются кое-какие нарушения, которые могут отрицательно сказаться на здоровье трудящихся там людей. Сорочинский был человеком деловым, и его мало волновал рабочий класс, но вот мысль выслужиться, раскрыв серию крупных производственных нарушений, пришлась ему явно по душе. Другими словами, выставив себя глупой и недалекой (действительно, кому ж есть дело до какого-то там бесправного скота), я фактически подкинула ему идею, где бы можно было неплохо поживиться.
Успокоив меня, что нет ничего страшного и волноваться совершенно не о чем, он поспешил откланяться и направился в сторону местного ревизора, ну а я была уверена, что даже если папочка откупится — это будет приличный удар по его карману!
Сегодня я узнала, что проверка у отца действительно была, так что осталось только ждать!
После ужина я вернулась к своим делам, запершись в кабинете с новой папкой: там у меня хранились ведомости от старост с западных владений графа, я лишь мельком глянула их и не смогла ничего разобрать в этих цифрах: ну что там может быть интересного и особенного? Как я должна была контролировать объем собранного урожая и полученных за него денег? В конце концов, на урожай влияет целая масса факторов: погода, вредители, пожары, урожайность сорта, добросовестность тех же старост, своевременно осуществляющих уход за посевами! Я нахмурилась, стала искать бумаги за прошлый год — суммы сильно отличались, посмотрела позапрошлый год, потом еще позже… потом нашла подноготную с восточных земель и озадачилась так, что и голова разболелась.
В итоге решила, что тут нужно бы разобраться, были ли в действительности пожар и неурожай в этих или хотя бы соседних землях, потому как все походило на то, что после смерти графа кое-кто решил разжиться за мой счет! И обеспокоиться этим вопросом нужно было, конечно же, намного раньше, а не когда за окном уже снег и все что и было заработано непосильным трудом крепостных, уже переправлено на мой счет, а так же растрачено, припрятано, поделено так, что и крайних найти нелегко будет! И если я не разоблачу этих наглецов сейчас — потом они будут красть еще больше!
Я сгребла бумаги в кучу, потушила лампу и отправилась к себе, стараясь не шуметь и не тревожить сестру.
— Эй, ты чего это не спишь? — возмущенно шикнула на нее, застав ту в кровати с томиком французского романа в руках.
Алиска вздрогнула и торопливо припрятала книжку под подушку, потом посмотрела на меня с хитринкой в глазах и так же тихо, как и я, прошептала.
— Тебя вот жду!
Я усмехнулась: невозможно было на нее злиться, лично у меня это никогда толком не получалось.
— Интересная книга? — как бы невзначай спросила я, укладываясь в расправленную постель.
— Очень! Ты не представляешь! Ах, Ри, я так хочу побывать там! — мечтательно прошептала она.
Я на мгновение замерла.
— Хочешь отправиться в путешествие? Ты же из дома-то выйти трусишь? — с сомнением переспросила я.
— Я знаю, но… ах, если бы только мне достало смелости на это!
— Спи, мечтательница, и, может быть, когда-нибудь МНЕ достанет смелости взять и утянуть тебя в заморские земли, несмотря на все твои глупые страхи и опасения!
Я потушила последнюю свечу и натянула одеяло повыше. Никто не посмел бы запретить нам кричать и петь по ночам во все горло, однако эта старая привычка маленьких затворниц нам нравилась, и мы продолжали общаться с ней по вечерам в полутьме одинокой свечи, шепотом, по средствам тихих фраз и красноречивых жестов.
Утром следующего дня я, как и обычно, проснулась раньше сестры, умылась, Мира помогла мне зашнуровать новое платье: оно было достаточно строгим, но в то же время элегантным и радовало меня своим глубоким синим цветом.
Подхватив Стешу и выпив чашку кофе, я накинула теплую шаль и короткую легкую шубку и вышла в прохладные сени, намереваясь взбодриться.
Мисье Миссерж появлялся у нас около десяти часов утра, и к этому времени мне следовало успеть позавтракать, сделать некоторые распоряжения и совершить небольшую утреннюю прогулку, чтобы потом было легче переносить нагрузки.
Куница ловко скользнула с моих рук в снег, едва ли не утонув в нем по шею, потом она нырнула глубже, уже намеренно и отправилась в дальнее «плавание» по просторам нашего двора. Я знала, что она никуда от меня не денется: мы с ней уже давно были друг для друга родными существами и не мыслили жизнь одна без другой. Теперь моя зверушка должна быть совершенно счастливой, так как никто не запирал ее в клетках и не оставлял в одиночестве.
— Маленькая бандитка! — засмеялась я, увидев, как моя хищница примеривается напасть на зазевавшегося воробья.
Юная истребительница нередко охотилась на пернатых и умудрялась давить не только мышей, но и здоровенных крыс. Так что с некоторых пор она составляет приличную конкуренцию местным кошкам.
