В следующее мгновение откуда-то, словно отовсюду разом, полилась негромкая, очень красивая мелодия, показавшаяся смутно, очень смутно знакомой.
Словно…
— Лети, лети, маленький листок. — Всплыли тихие, приглушенные временем слова откуда-то из самой глубины моего сознания.
Я произнесла их одними губами, даже не задумываясь об их значении, и напрягла память, вспоминая, что же там было дальше.
И в этот момент большая часть присутствующих красивым негромким хором подхватила:
— Лети через лес, прямо на лужок.
Что это?
— Они принимают Лиззи в род Окроми. — Едва слышно и, кажется, напряженно шепнул Дэмис мне на ухо.
Я растерянно кивнула и следующая строчка странной песни появилась на кончике языка сама собой.
— Лети через море, через небеса, — беззвучно, едва шевелящимися губами, с потрясенным взглядом в пространство перед собой.
— Лети и найди, ты найди себя. — Увереннее и громче пели все вокруг.
«Найди своё место, и семью найди», — это не я, это тёплый и удивительно родной голос где-то внутри.
— Это родовая песня, Ада. — Напряжение в голосе Йэхара мне нисколько не показалось, он действительно вдруг стал натянутым, словно струна, и не на шутку встревоженным.
И я не знаю, как так получилось, что последние слова этой родовой песни я пропустила, а вопрос Дэмиса прозвучал именно тогда, когда на храм обрушилось торжественное молчание.
— Откуда ты знаешь песню рода Оркоми, Ада?
Тишина, ещё миг назад бывшая восторженной и торжественной, с оглушительным звоном рассыпалась и стала напряжённой, местами испуганной и непонимающей.
Одно плавное движение — и присутствующие повернулись на голос, увидели мрачно выругавшегося Дэмиса и бледную, словно скатерть, меня рядом с ним.
Почему-то я посмотрела на правящего айэра. Его шокированный взгляд был приятным зрелищем, но…
— Что? — Хрипло переспросила, скривившись от того, как громко в этой звенящей тишине прозвучал мой глупый вопрос. — Эта песня просто показалась мне знакомой, но, честно слово, я не знаю, откуда мне известны слова.
Судя по взглядам, я по мнению присутствующих совершила кощунственное убийство одного из их рода, а перед этим жестоко пытала его несколько месяцев, заставляя петь для меня какую-то родовую песню.
Зачем роду вообще нужна песня?
— Я ничего не понимаю! — Воскликнула какая-то молодая, высокая и очень худая девушка с большими испуганными глазами.
Хорошо, что я тут не одна такая была.
— Аделаида, — обратился очень серьёзный Оркоми и машинально попытался задвинуть ничего не понимающую Лиззи себе за спину.
Словно меня только что посчитали источником опасности, от которой попытались оградить Элизабет.
— Ада, — сменил Айян обращение и оставил попытки спрятать сопротивляющуюся Лиз, — пожалуйста, скажи, откуда ты знаешь слова.
Взгляд Лиззи выражал встревоженное непонимание.
Взгляды всех остальных — немое осуждение.
Из-за песни? Из-за простой песни?
— Не знаю, — я даже не соврала. — Кажется, их кто-то пел мне…
Как бы я ни старалась вспомнить, перед глазами стояло что-то сильно размытое, с тёплым солнечным светом, пробивающимся сквозь окно.
— Женщина. — Внезапно поняла я. — У неё было окно с белой облупившейся краской и цветок в странном плетёном горшке. И приятный голос.
Мне это ни о чём не говорило, кроме, разве что, одного: я не знаю, что это за место. Точно не знаю, где оно находится и кто была та женщина — когда я вообще её видела и почему не могла вспомнить.
Но и она, и то окно с цветком казались мне странно родными, такими важными, такими…
— Бабушка Орви! — Воскликнул вдруг кто-то, и этот громкий женский голос поднялся под самый острый потолок.
— Она плетёт цветочные горшки! — Подхватил молодой мужской голос.
— Нужно немедленно отвезти девушку к ней! — Этот голос был грубее и даже немного злее.
— Она подтвердит обман!
— Она вычислит самозванку!
— Она врёт! — Завопил кто-то ещё.
Все наперебой принялись кричать какие-то глупые и даже грубые вещи, вынуждая меня растерянно переводить взгляд с одного лица на другое.
Кажется, Дэмис рядом что-то сказал. Окроми потребовал всех взять себя в руки, но его попросту никто не услышал.
— Ада! — Воскликнула Лиззи, но и её голос потонул в этом всё злеющем шуме.
Словно все в одно мгновение сошли с ума и принялись обвинять меня в том, чего я не делала.
Словно все просто обезумели.
У меня голова пошла кругом и перед глазами всё поплыло, но последней каплей стала рука Дэмиса, из которой вдруг выскользнули мои пальчики, окончательно погружая меня в чувство неразумной паники и желания сбежать как можно дальше.
Я даже не поняла, в какой момент махнула рукой, разрывая пространство, и скользнула в открывшийся портал, спасаясь от всех тех, кто окончательно потерял над собой контроль.
Мне… мне нужно немного времени. Нужно подумать. Нужно всё переварить.
Портал. Шаг на серые острые камни морского берега. Чуть не подвёрнутая в туфле нога и новый вихрь портала.
Тёмно-синий густой лес.
Новый портал.
Разряженный горный воздух ударил в лицо.
Портал.
Изменение точки выхода прямо в вихре.
Я плутала, как могла, даже не до конца понимая, что я делаю и зачем.
