– Ты должна довериться нам, – сказал Хорчицкий. – План Аннабеллы – твоя единственная надежда.
– У меня нет надежды, – ответила девушка и вдруг успокоилась. Она знала, чем все закончится, и не собиралась дать себя одурачить еще раз. Ни дону Юлию, ни Якобу, ни Аннабелле. Даже своему собственному духу. Она должна быть сильной и смело встретить свою судьбу.
– Я заплачу за свои грехи жизнью, – прошептала она. – Я не переживу сегодняшнюю ночь.
– Нет! – взревел Якоб и, схватив ее за плечи, встряхнул с такой же силой, как это сделала когда-то Аннабелла. – Не будь дурочкой. Бежим со мной!
До сего момента травница хранила молчание, но теперь не выдержала:
– Прекратите, вы оба! – приказала она. – Маркета, возьми это.
Рука ее нырнула в корзину и вынырнула со сверкающим украшением – расшитым жемчугом головным убором из небесно-голубого шелка и золотой ленты. Этот изысканный головной убор был достоин самой королевы. Маркета подумала, что никогда в жизни не видела ничего красивее.
– Надень это и скажи ему, что твои волосы должны быть спрятаны до вечера, дабы доставить ему еще больше удовольствия, – наказала Аннабелла.
– Но как только он увидит, что я остри…
– Ты должна мне доверять. Надень.
Руки у Маркеты дрожали. Ее пальцы пробежали по жемчужным нитям и скрещенным лентам из чистого чеканного золота. Где Аннабелла взяла такое сокровище?
Между тем знахарка осторожно завернула остриженные пряди в тряпицу и сунула узелок в корзину.
– Будь готова вечером, – прошептала она. – Об остальном мы позаботимся.
Маркета втянула носом воздух и закрыла глаза.
– Смелее, – сказала ей Аннабелла, после чего повернулась и исчезла в темных глубинах людской.
Маркета упорно не разговаривала с Якобом, пока тот провожал ее в покои дона Юлия.
Но перед тем как открыть дверь, он прочистил горло и замешкался. Поправляя головной убор, девушка прижала руки к вискам, коснувшись кончиками пальцев гладких жемчужин.
– Маркета… – подал голос Хорчицкий.
– Нет! – оборвала его дочь цирюльника. – Говорить тут не о чем. Я не дам себя обмануть. Слишком поздно для надежды.
– А для любви тоже слишком поздно? – прошептал мужчина, силясь овладеть своим голосом. Слезы жгли ему глаза.
У Маркеты задрожали губы.
– Не говори так! Какой у меня выбор? – горячо зашептала она. – Моему отцу отрубят голову, мою подругу будут насиловать снова и снова, пока не убьют… Оставь меня!
Якоб прижал ладонь к ее щеке.
– Позволь мне защитить тебя! – взмолился он. – Бежим сию же минуту, и я спрячу тебя там, где он никогда не найдет! Я обучу тебя лекарскому ремеслу. Я…
Но девушка так и не услышала, что еще собирался предложить доктор – двери распахнулись, и перед ними вырос дон Юлий. Их разгоряченные голоса донеслись до него из коридора. Глаза бастарда сузились, а щека дергалась, как в те дни, когда дочь цирюльника только познакомилась с ним.
– Что это ты делаешь наедине с моей Маркетой?! – прорычал больной. – Ты, предатель!
– Я просто сопровождал ее после пример… – начал оправдываться Хорчицкий.
– Проклятая свинья! Думаешь, я не чувствую запаха вашего совокупления, твоего семени у нее на ноге?
Девушка открыла было рот, чтобы возразить, но Юлий схватил ее за руку и втащил в комнату.
– Она моя, Якоб. Моя. И нынче вечером она откроет мне тайны Книги Чудес. Она научит меня, как разгадать текст, который не читал еще ни один смертный! Она – моя!
Книга Чудес, подумала Маркета. Пробный камень его сумасшествия. Он снова впал в безумие.
Юлий же захлопнул двери перед носом Якоба и грубо толкнул Маркету на диван.
– Что это у тебя на голове? – спросил он. – Ты же знаешь, как мне нравятся твои волосы. – Он протянул руку…
– Нет! – вскричала девушка, отворачиваясь и собираясь с духом, чтобы поиграть в кокетку. – Я хочу приберечь свои волосы для сегодняшнего вечера, когда надену новую ночную рубашку. Не портите удовольствие, которое я припасла для вас! Это будет мой сюрприз. – Говоря это, она поймала себя на том, что все еще надеется каким-то образом спастись, что таинственный план Аннабеллы достигнет цели.
Сын короля задумчиво оглядел ее и медленно улыбнулся.
– Разве вы видели когда-нибудь головной убор красивее этого? – спросила Маркета, поворачивая голову так и эдак. – Посмотрите, как блестит золото и мерцают жемчужины!
– Прелестно, – согласился молодой человек, потрогав золотую ленту. – Но когда оно скрывает твои волосы, то раздражает меня. Сними его.
– Но если я это сделаю, то испорчу самые волнительные минуты сегодняшнего вечера…
Глаза Юлия вдруг заблестели, как у голодного волка.
– А нам вовсе необязательно ждать до вечера. Я овладею тобой сейчас! – прохрипел он.
Холодный пот прошиб Маркету, и ей стоило немалых усилий сохранить спокойствие.
– Но, мой возлюбленный, нет… мы должны подождать. Ведь ждали же мы все эти месяцы! Я хочу, чтобы все было как полагается. Подождем, пока сошьют мой наряд. Пусть будет так, как ты планировал.
«Пожалуйста, Господи, – взмолилась она, – не дай ему снять этот убор с моей головы! Иначе я пропала!»
