Я едва держалась, чтобы не схватить женщину за плечи и не встряхнуть. Это было бы совсем уж грубо, но меня начало захлестывать отчаяние.
– Не знаю, где вы познакомились, – ответила Магда, руша мои надежды. – Только видела, как он забирался к вам на балкон. И надеюсь, теперь это прекратится. – Ее тон из растерянного сделался угрожающим. – Не будете же вы изменять…
Я закатила глаза, а женщина продолжила:
– Генерал Торн – глава охранной службы короля. Он знает такие тайны, которые люди сами про себя не знают. Я не шучу, Элизабет. С таким мужчиной надо быть осторожнее. Если он хотя бы заподозрит, что вы намерены его… унизить… – Последнее слово она сказала после паузы.
– Да ничего я не намерена! – выпалила я, а про себя добавила: я и замуж за него не хочу. – Лиам мне нужен не поэтому.
– Если вы каким-то чудом о нем забыли, то значит, на то воля Первого. Все к лучшему.
Я шумно выдохнула, а Магда повернулась к своей самомоющейся посуде. М-да… Если она мне не поможет, то кто? Была ли у Элизабет личная горничная или кто-то вроде того?
– Дочка, – окликнула меня графиня. – Ты так и не прилегла?
– Я хотела воды попить, – не моргнув соврала я.
И Магда сунула мне в руки стакан. Все-таки хорошая женщина, не зря Лоретта от нее в восторге.
– Тогда, может, лучше на воздух, – предложила матушка.
Деваться было некуда, и, попив воды, я вернула стакан Магде. После чего послушно поплелась за графиней к двери на веранду.
Солнце лениво заползало за горизонт. В плотной, по-летнему обволакивающей тишине слышалось лишь стрекотание сверчков. Легкий ветерок гладил мое нарумяненное лицо. Жаль, я не могла успокоиться и насладиться вечером.
Лоретта опустилась в деревянное кресло-качалку и предложила мне устроиться на соседнем. Что ж, если я ничего не могу узнать о Лиаме, то можно хотя бы расспросить про жениха.
– Матушка, – начала я. – А почему вы выбрали для меня именно генерала Торна?
Графиня смерила меня взглядом.
– Он тебе не понравился? – с легким удивлением спросила она.
– Ну, не то чтобы, – осторожно ответила я. – Но к чему такая спешка? Закончила бы учебу, а уже потом…
– Радуйся, что отец заранее договорился, – перебила меня графиня. – А то бы давно увели.
– Но я нашла бы кого-нибудь другого.
Лоретта глянула на меня как на умалишенную:
– Генерал Торн хорош собой, богат, на хорошем счету у короля. А ты, милая моя, ведешь себя как избалованный ребенок. Мы с отцом тебя очень любим и хотим для тебя самого лучшего, а ты нос воротишь.
Мне и впрямь стало стыдно. В конце концов, генерал – это не старый маразматик с потными ладошками, а вполне себе статный мужчина. Нет, замуж я все равно не хочу. Но надо признать, все могло обернуться гораздо хуже.
– Матушка, ты права, – признала я. – Прости меня.
Дверь на веранду распахнулась, и к нам вышли отец с генералом.
– Мы обо всем договорились, – гордо объявил граф. – Элизабет, генерал Торн заедет за тобой завтра утром.
Меня пронзило раскаленной иглой страха. Я словно мышка, угодившая в лапы кошке. Куда я теперь от него денусь?! И, словно отвечая на мои мысли, в золотых глазах дракона мне почудилась насмешка.
Остаток вечера был заполнен пустыми разговорами о неких общих знакомых, чьи имена мне ни о чем не говорили. Поняв, что ничего ценного из этой беседы я не почерпну, я сослалась на плохое самочувствие и, извинившись, отправилась наверх, в комнату Элизабет. То есть теперь в мою.
По моей просьбе горничные зажгли свечи, но расспрашивать их о Лиаме я не решилась. Неизвестно, кому можно доверять. И так с Магдой рисковала. Зато мне пришла в голову другая мысль. Что, если Элизабет вела дневник? Это вроде было модно в стародавние времена.
Поэтому, стоило мне остаться одной, я ринулась исследовать комнату.
В столе ничего не оказалось – и под подушкой тоже. Проверила я и шкаф, и даже цветочные горшки на балконе.
Так, Лиза, думай. Если бы ты хотела спрятать что-то ценное от посторонних глаз… В вещах копаются и горничные, и мать. Значит, это должен быть тайник. Какая-нибудь ниша в стене или полу.
Я наклонилась и, задрав край ковра, принялась исследовать доски. Нет, тут горничные убирают в первую очередь. И под кроватью тоже. А в стенах ничего такого не обнаруживалось. Я по ним даже постучала, как в кино.
Задумавшись, снова вернулась к столу и открыла верхний ящик. В нем лежали чистые листы бумаги, перо, чернильница. Все аккуратненькое и чинное, как в канцелярском магазине. Задумавшись, я взяла в руки всю стопку и только сейчас сообразила, что глубина ящика внутри не соответствует его виду снаружи.
Ну, это ж классика!
Разложив все на столе, я исследовала дно ящика и, найдя зазоры, подцепила его ногтями. И – вуаля! Под фанеркой оказалось скрытое пространство, а в нем – книжица в кожаной обложке.
Я торопливо раскрыла ее на середине. Почерк у Элизабет был ровный и красивый, не то что у меня. Но главное, читаемый!
Я открыла на последней имевшейся записи и принялась двигаться по дням в обратном порядке. Конечно, читать чужие сокровенные мысли нехорошо. И при иных обстоятельствах я бы не стала. Но девушка меня подставила! И тут уж сама виновата.
