Ну вот, опять двадцать пять. Получается, де Горта здесь все ненавидят, а отдувается Лиза. Сначала Жеребчик агитировал на убийство, теперь соблазняет величество.
Ответить категоричным «нет» могло быть чревато, соглашаться непонятно на что — тоже, поэтому я промычала что-то совсем непонятное, а Рейкерд, делая ход, милостиво предложил:
— Не торопитесь с ответом, просто подумайте над возможностью наказать безжалостного убийцу. Во время охоты вам вполне может выпасть такой шанс, и тогда ваши бедные родители наконец-то будут отомщены. Ну а пока… Шах, — Каменный король вскинул на меня хищный взгляд, — и мат.
От такого заявления я едва не поперхнулась воздухом и, не веря своим глазам, уставилась на шахматную доску. Не может быть! Я ведь была так осторожна! Просчитывала, продумывала каждый свой шаг!
Но это действительно был шах и мат. И вместо того чтобы озвучить своё желание, мне придётся всю ночь удовлетворять желания этого старикана.
Рейкерд поднялся, не сводя с меня жадного взгляда.
— Чувственная, невинная малышка…
Ы-ы-ы-ы!!!
— Может, у меня получится отыграться? — вжалась я в спинку кресла, а подумав, азартно выкрикнула: — А давайте сыграем на две ночи аморалии!
Увы, его величество не проникся моим запалом.
— Я предпочёл бы сейчас заняться с вами другой игрой, не менее интересной. И в ней, моя дорогая наина, вы уже точно выйдите победительницей.
Король поставил меня на ноги. Сцапав за отвороты камзола, притянул к себе и тут же нетерпеливо его распахнул, скидывая на пол. По спине, вместе с мурашками, протянулся колючий холод.
— Надеюсь, герцог ещё не успел сделать с вами то, что с такой чувственной красавицей мечтает сделать каждый мужчина в расцвете лет.
И на закате, выходит, тоже.
Это своё «надеюсь» Рейкерд прошептал мне уже в губы, за мгновение до того, как впился в них жёстким поцелуем. Меня резко тряхнуло. Попыталась рвануться от него, но Каменный держал крепко, вжимая меня в своё тело.
В ушах зазвенело от злости — не очень-то приятно чувствовать себя постельной грелкой одноразового использования! Наверное, поэтому, из-за звона, я не сразу обратила внимание на крики и шум, раздавшийся за дверями королевской спальни, как будто что-то или кого-то опрокинули на пол.
Лишь заметила краем глаза, как створки разлетаются, раскрываясь настежь, и по комнате ударной волной прокатывается рычание разъярённого животного, ну то есть хальдага:
— Отпусти её немедленно!
Не знаю, как его величество, а меня требование герцога, мягко говоря, слегка шокировало. Обхватив себя за плечи руками, я уставилась на де Горта (сильно помятого и слегка побитого) вопросительным взглядом. Нет, он, конечно, мой герой и всё такое, но как бы нас сейчас обоих не отправили куда-нибудь в подземелье на продолжительный отдых. Не то чтобы я рвалась в постель к пенсионеру, но и в тюрьму тоже как-то не хочется.
Вот если арестуют только моего недосуженого…
— Как интересно, — не сказал — мурлыкнул король. Увы, не как ласковый и пушистый котёнок, а как готовящийся к атаке тигрёнок. Вернее, тигр, целое тигрище.
У него даже взгляд опасно потемнел. Про Мэдока вообще молчу. У того тьма вперемешку с дымом валила изо всех возможных дырок.
— Его всемогущество решили к нам присоединиться?
Кстати, про валить… Заметив «отдыхающую» на полу в смежной со спальней комнате стражу, я подумала, что сейчас с удовольствием куда-нибудь бы испарилась.
— Может, я выйду?
На мой робкий вопрос наслоилось рычание герцога:
— Я забираю её. Филиппа!
Удивляюсь, как ещё не добавил: «К ноге, наина!». Точно с такой же интонацией в голосе он звал к себе Морса.
Неандертальское чудовище.
— Забрать её вы сможете только с первыми лучами солнца. — Рейкерд приобнял меня за талию, за что я мысленно окрестила его чудовищем номер два. — А пока что попрошу оставить нас одних. О вашем поведении будет доложено совету хальдагов. Будет жаль, если из-за этого опрометчивого поступка ваше участие в Беспощадной охоте закончится, так даже и не успев начаться. Какая досада…
И столько довольства звучало в голосе Каменного интригана, что даже наивному ребёнку стало бы ясно: король издевается. Провоцирует, дразнит, наслаждается яростью хальдага.
Вишенкой на этом многоярусном торте из побед короля и наших с де Гортом проигрышей стало появление свежих стражников. В том смысле, что те, которых вырубил Мэдок, так по-прежнему и пребывали в бессознательном состоянии. Зато новая группа с алебардами наперевес выглядела очень даже бодро и была полна желания скрутить мятежника.
Хальдаг метнул в них яростный взгляд, даже руку зачем-то вскинул. Не знаю, может, собрался магичить, но его опередил Каменный правитель:
— Стоять! Не хватало ещё представлений в моей собственной спальне!
Стражники замерли как вкопанные, будто тоже стали каменными, тоже окаменели, и его величество, удовлетворённо кивнув, продолжил:
