– Нет, ты в натуре девственница? Ты че, очумела? Или ширнулась для храбрости? Кто же на Перекрестке называется своим именем? Ты что, хочешь, чтобы тебя в реале любой ходящий смог найти? Если штаврики словят без старшего, враз впаяют ограничение лет так на сто.
– Штаврики – это кто-то типа стражи?
– Смотрители Перекрестка. Следят за порядком и чтоб такие, как ты, ламеры никуда не влезли.
– Но ты ведь меня не сдашь? – испугалась Летта. – И вообще, с чего ты решил, что мне нужно сопровождение? Я, между прочим, по меркам своего мира уже совершеннолетняя, – обиделась она на ламера. Будут тут всякие малолетки на нее наезжать!
Мальчишка растянул рот в улыбке и нарисовал большими пальцами в воздухе квадрат. Через мгновение квадрат заполнился серебром, превращаясь в зеркало, и Летта увидела перед собой черноволосую черноглазую симпатичную девочку лет семи в коротком цветастом платьице и сандалиях.
– Взрослая? Ага! – Ходок вовсю веселился, глядя на удивленное лицо девочки.
– Но как так?
– На Перекрестке мы все выглядим так, как он нас ощущает. Магия места. Вот мне в реале сто семь лет, и я эльф, высокий, стройный и демонски обаятельный. – Мальчишка вытащил из зеленой дымки два мягких кресла и жестом предложил Летте сесть в одно из них. – А ты, судя по валяющемуся в отключке телу, обычная человеческая девчонка с примесью силы энергетического вампира. Кто-то из предков был такети?
– Да нет, меня вообще из другого мира выдернули, Земля называется, может, слышал?
Ходок отрицательно покачал головой.
– Я там умирала от рака, ну вот меня зачем-то сюда и призвали, – торопливо начала рассказывать Летта. – А вчера я поглотила белую даму, ну, по-твоему, вампира энергетического, а сегодня меня вдруг в это место и выкинуло, а еще я начала вместо людей видеть огоньки.
– Это ты ауры видишь, – махнул рукой мальчишка. – Слушай, не тараторь! Расскажи все спокойно и по порядку.
Ходок уютно устроился в кресле, перекинув ноги через подлокотник, и приготовился внимательно слушать. Летта хотела последовать его примеру, но вовремя вспомнила, что на ней коротенькое платье, поэтому забралась в кресло с ногами и начала рассказ.
Когда она закончила, глаза мальчишки сияли неподдельным восторгом.
– Озвездиться! Настоящая нулевочка! Это все равно что встретиться с девственницей, которая сразу согласится тебе отдаться! Да ты знаешь, что я в приграничье последний раз смог удержаться так долго, как сегодня, лет тридцать назад, когда только начал ходить на Перекресток? А сейчас твой якорь зацепил и завис. Кстати, куколка, у тебя в башне под крышей камешки блестящие спрятаны.
Летта только рукой отмахнулась. Не до клада, когда здесь такие перспективы вырисовываются.
– Слушай, Ходок, ты бы мне рассказал, что это за место. А то я уже начинаю бояться, – заныла Летта, совершенно не разделяя восторг своего собеседника.
– Что такое аура, ты знаешь?
Она кивнула.
– Ну, я так понял, что о планетах, космосе и звездах ты тоже слышала?
Летта вновь кивнула.
– Это хорошо, а то я как-то встретился с одной аборигенкой, так она меня чуть с ума не свела, доказывая, что ее мир плоский и стоит на спинах трех ползущих по небу черепах. Так вот, у каждого космического тела имеется собственное энергетическое поле. Оно может быть огромным и очень огромным, а так как миры расположены внутри спирали, которая постоянно сужается и расширяется, меняя плоскости и проекции, их поля накладываются друг на друга, пересекаясь и образуя Перекрестки, через которые можно попасть в энергетическое отражение любого мира.
– А он не разваливается? Ну, этот мир, когда спираль сужается и расширяется?
– А для этого существуют Хозяева Перекрестков. Драконы. Их сила сохраняет этот мир. Ну, так говорят.
– Вау! Так это Перекресток? – с восторгом прошептала Летта, новым взглядом окидывая пространство.
– Нет, лялечка, это приграничье. Место, где аура твоего мира соприкасается с точками пересечения других миров, – снисходительно пояснил мальчишка. – Поэтому ты и видишь все, что происходит с твоим телом. Чтобы попасть на Перекресток, необходимо уметь истончать связь с физической оболочкой. Тебя же якорь держит крепко, что и хорошо.
– Почему?
– Потому что не зря малолеток обучают опытные хабзы. Заблудиться на Перекрестке или попасть в крупные неприятности – раз плюнуть. И хоть штаврики следят за порядком, здесь можно встретить кого угодно. Через Перекрестки проходят пути в такие миры, о которых лучше вообще не знать, а есть места, куда решаются заходить лишь некроманты и отмороженные шумчары.
– А ты не боишься? – Летта с завистью смотрела на своего нового знакомого.
– Я уже сорок лет брожу по Перекрестку, – похвастал мальчишка. – Недаром меня назвали Ходок, куколка.
– Слушай, любой человек может вот так запросто, как ты?
Ходок громко заржал, а Летта обиделась.
– И что смешного я сказала? – пробурчала она.
