Незнакомец чуть помедлил и неожиданно поклонился. Эрдан обомлел — неужто догадался? Но нет, это была всего лишь запоздалая вежливость: парнишка махнул рукой верзиле-матросу и пошел по пристани легкой танцующей походкой. «Вот загадка, — подумал бывший мастер-корабел. — Кто он такой? Откуда взялся?» Что-то в лице молодого моряка показалось ему смутно знакомым, но в те дни, когда и впрямь все навигаторы океана мечтали попасть в школу Эрдана, этот парень был еще ребенком. «Мне нет до него дела, кем бы он ни был…» Он провел на пристани весь день, позабыв обо всем; сидел, вертя в пальцах давно остывшую трубку, и наблюдал за кораблем. Цветные паруса встречались нечасто, и один лишь изумрудный оттенок увеличивал стоимость этого фрегата в разы. А если учесть, что пропорции его тела были идеальны да и сам он словно создан был по канону Сегэна, то сумма и вовсе получалась несусветная.
Истинное сокровище. И капитан его, неумеха-наглец… Солнце клонилось к закату, когда Эрдан отправился домой. Шел он медленно — больное колено ныло уже третий день, предвещая сильный шторм, — да торопиться и не следовало. Тому, кто его ждал, в первую очередь нужно было научиться терпению.
Миновав рощицу, Эрдан приостановился. Отсюда он мог беспрепятственно разглядывать окрестности, сам оставаясь незамеченным; что ж, ничего неожиданного не произошло. У порога его ветхой лачуги сидел давешний моряк — дремал, скрестив руки на груди и вытянув длинные ноги в потрепанных сапогах. Хромая, Эрдан приблизился, и в этот миг парнишка проснулся. Череда забавных гримас сменилась на его лице с быстротой мысли — изумление, осознание собственной ошибки, досада, виноватая улыбка, — с потом он вскочил и поклонился Эрдану во второй раз.
— Я не беру учеников, — сказал бывший корабел и проследовал в дом, захлопнув дверь перед самым носом растерявшегося моряка.
Темнело. Эрдан лежал на старом тюфяке, прислушиваясь к звукам, доносившимся снаружи, — там нетерпеливо ходили взад-вперед, потом раздалось приглушенное ругательство… и вскоре все звуки утихли, кроме мышиной возни под полом.
Что ж, по крайней мере, он не стал ломиться в дверь.
Когда наступила ночь, далекий грохот ознаменовал приближение грозы, а вскоре по крыше застучали крупные капли — сбылось предсказанное его коленом ненастье. Эрдан представил себе, что чувствует моряк там, снаружи: без плаща, в залатанной куртке долго под дождем не высидишь. «Вот и славно, — подумал корабел, засыпая. — Сам уйдет, и мне не придется с ним объясняться!»
