Главная героиня этого легкого юмористического романа работает научным сотрудником, но в музей она после окончания института попадает случайно, поэтому на работе Астра занимается в первую очередь организацией разных мероприятий, концертов. Ведь в действительности она всегда мечтала о сцене, но поступать в театральный институт в свое время не решилась, а любовь к песне, к импровизации у нее осталась. Правда, Астра еще любит также и выпить. Не часто, только в выходные дни или на праздники. Тем более, что у нее есть соседка-подружка – разведенная женщина Нюрка, преподаватель французского языка в школе, которая во всем Астру поддерживает, вместе подруги проводят вечера за бутылкой вина. Неудивительно, что эти две довольно экстравагантные дамы нередко попадают в смешные и даже курьезные ситуации.
Меня зовут Астра. Астра Иванова. Нет, это не псевдоним, тем более, – не шутка. Между прочим, взрослые девушки, а мне – 39 лет, и я – не замужем, вообще, не склонны шутить. И дело здесь вовсе не в отсутствии чувства юмора. Всё гораздо сложнее и серьёзнее. Признаюсь вам по секрету: нам просто не до смеха.
Скажу прямо: не легка она, жизнь взрослой девушки. Мы, как бельмо на глазу у всего остального мира. Нас обсуждают и осуждают все, кому не лень. А не лень – многим.
Многочисленные доброжелатели нередко подозревают нас в карьеризме, упрекают в чёрствости, эгоизме и привередливости. И это, прошу заметить, в лучшем случае! В худшем – нас, взрослых, самостоятельных девушек, принимают за истеричек и психопаток. А ещё добрые люди повергают порой нас в тихий ужас своим поистине неуёмным желанием нам помочь. Ну в смысле, помочь выйти замуж. Согласитесь, о каких шутках может идти речь при таком положении вещей?
А ведь в действительности мы – чувствительные и легкоранимые натуры, которые большую часть своего времени посвящают самоанализу, пытаясь найти ответы на два жизненно-важных вопроса: Кто виноват и Что делать?
Правда, мне в некотором роде повезло. Я знаю ответ на первый из двух вопросов. Уже с самого раннего детства я, если не понимала, то предчувствовала всю сложность уготованной мне судьбы. А как иначе? Жизнь с таким нелепым, даже несуразным именем, как у меня, да ещё в сочетании со столь «редкой» в России фамилией, не может быть лёгкой по определению. Что тут скажешь? Только одно: имя, как и родителей, не выбирают…
Помню, как в детстве я отчаянно завидовала своим подружкам, которых звали: Валя, Ира, Люся. Ни в детском саду, ни в школе, ни во дворе никто и никогда не переспрашивал этих девочек, как их зовут. Не округлял от удивления глаза. Не цокал языком. Не свистел вслед. Господи, не жизнь, а сказка!
Мне же вечно приходилось выкручиваться из положения. Я росла довольно сообразительной девочкой и уже в шестилетнем возрасте меня отдали в школу, где я несколько видоизменила своё имя и стала называть себя Асей. Коротко. Прилично. Понятно.
Но одноклассники моих усилий не оценили. Они называли меня либо Аськой (Вы представляете себе этот кошмар в ночи – Ась-ська?!), либо по фамилии – Иванова. Конечно, мне это всё очень не нравилось. К тому же, появились проблемы в личной жизни, и после окончания третьего класса я без всякого сожаления перевелась в другую школу.
Для нового коллектива требовалась новая красивая легенда. Я не стала мелочиться и без особых заморочек поменяла себе пятую графу. У нас в стране тогда, вообще, всё менялось, а самым популярным словом, если помните, являлось слово «перестройка». Вот и я, следуя духу времени, перестроилась.
А ещё в те годы в СССР пользовалась популярностью болгарская певица Лили Иванова. Признаюсь, фамилия «Иванова» ласкала мой слух больше, нежели «Иванова». Она таила в себе какую-то интригу, волнующий намёк на дальние страны, романтические путешествия, другую жизнь.
С небрежным, как и положено иностранцам видом, я рассказывала своим новым товарищам легенду о том, будто мой отец – болгарин по происхождению, вот почему родители и дали мне столь необычное имя – Астра. Впрочем, необычным оно являлось только здесь, а в той же Болгарии, согласно озвученной мною версии, имя Астра – абсолютно в порядке вещей.
Я знала, что проверить правдивость этой истории было нельзя. Мой папочка ушёл из семьи, когда мне было всего три месяца, а вытянуть какую-либо информацию из моей меланхоличной от природы мамочки практически невозможно. Моя матушка очень не любит, когда её беспокоят. Она жила и живёт своими воспоминаниями, мыслями, мечтами. Ей хорошо наедине с собой. Хотя, если речь вдруг заходит о её любимых цветах, мамочка сразу заметно оживляется. Полагаю, вы уже догадались, какие цветы любит моя мама? Лично я не люблю цветы в принципе. Но это так, к слову.
Номер про папу-болгарина, как говорится, прокатил. Хотя бы в школе я больше не слышала насмешек по поводу своего имени. А вот приучить одноклассников и учителей к правильному произношению моей фамилии (в болгарском варианте) мне, к сожалению, не удалось. Все упорно продолжали называть меня Иванова. Мне пришлось признать своё поражение в этом вопросе. «Что ж, от судьбы не уйдёшь, – размышляла я на досуге. – Ну, ничего. Вот выйду замуж, и поменяю фамилию!» Эх, знать бы, где упасть, соломку бы подстелила!..
В 1991-ом году я закончила школу и благополучно поступила в пединститут. Успела! В смысле, успела получить бесплатное и качественное образование. Правда, я своего счастья тогда не оценила. Ведь в те годы и бесплатное образование, и бесплатное здравоохранение, и бесплатное жильё, и многие другие социальные льготы в виде бесплатных путёвок в детские лагеря отдыха и в санатории были нормой. Такой же нормой, как, например, учёба в педагогическом институте. Нет, разных институтов в стране, конечно, было много. Однако все те, кто не имел определённых склонностей к какому-либо виду деятельности, шли поступать в пединститут.
