Занятно, что всего одна деталь может все изменить. Если бы в тот день мы заходили в аудиторию в другом порядке, если бы кто-то не пришел на контрольную, если бы она ошиблась и пропустила одну фамилию… если бы произошло хоть что-нибудь, я вряд ли оказался бы в больнице. Всего-то и делов: какая-то мелочь способна перевернуть целую жизнь.
Мы вошли, и я увидел, что Заро оказался вообще на другом конце аудитории, в то время как Кири сидела достаточно близко: между нами был всего один ученик. Я повернулся в ее сторону, как будто здороваясь с ней. Мы оба засмеялись, и я увидел, как тысячи веснушек заплясали у нее на лице.
– Тишина! – услышал я вдруг, но почему-то никто не замолчал. – Тишина!! – раздалось с новой силой. Но настоящая тишина воцарилась только с четвертой попытки.
– Пока мы раздаем листки с заданием, все сидят на своих местах и не крутятся по сторонам, – сказал преподаватель, – и ничего не трогают, пока я не разрешу.
Как только преподаватель и его помощница закончили обходить аудиторию, мы все, как по команде, перевернули листы, чтобы увидеть вопросы.
– Когда закончите, можете сдавать свои работы и идти домой, все-таки пятница сегодня, – сказал он улыбаясь.
– Если честно, я могу сдать хоть сейчас! – раздался голос откуда-то сзади, и все начали смеяться.
– Оставьте свои глупости на потом, время пошло.
У нас было полтора часа, чтобы написать ответы.
Но я закончил намного раньше.
И он это заметил.
Эта деталь тоже могла бы все изменить.
Экзамен был простой, я бы даже сказал, пустяковый. Мой дядя, который тоже преподает в школе, говорит, что уровень сложности постоянно приходится понижать, чтобы всех уравнять в возможностях, чтобы даже самый глупый или самый ленивый не чувствовал себя изгоем в классе. «Наверное, в один прекрасный день, когда выяснится, что кто-то, хотя бы один, не умеет писать, мне нужно будет оставить весь класс на дополнительные занятия по чистописанию», – сказал он как-то.
Я посмотрел на время: еще часа не прошло, а я уже все закончил. Огляделся по сторонам и увидел, что каждый погружен в какой-то свой мир. Одни медленно водили ручкой по бумаге, не зная, что написать, другие делали вид, что в тысячный раз внимательно перечитывают вопрос, третьи периодически смотрели в потолок в надежде отыскать там подсказку или хотя бы вдохновение… и я, только я один все написал.
Но мне было стыдно так быстро сдавать работу, поэтому я притворился, будто еще раз все проверяю.
В школе крайне важно не быть слишком умным: так ты не привлекаешь к себе внимание, теряешься в толпе, не выделяешься среди прочих. Честно говоря, я думаю, что лентяев ценят больше, чем тех, кто старается и прикладывает усилия. По крайней мере, мой папа так говорит.
В общем, в тот самый момент, когда я якобы перечитывал свои ответы, я услышал его.
– Пссст, пссст…
– Пссст, пссст…
Это было похоже на шепот.
Я замер, пытаясь понять, взаправду это или мне показалось.
– Пссст, пссст… – и вот опять.
Нет, это точно было не мое воображение. Более того, шепот звучал с каждым разом все громче. Кто-то позади меня пытался привлечь мое внимание. Но я не оборачивался. Не оборачивался, потому что знал, кто это был.
– Песет… Эй, дурила… С тобой говорят, – сказал он тихим голосом.
Я испугался.
Не было смысла поворачиваться, чтобы подтвердить свои самые страшные догадки: там, прямо за мной, сидел он.
– Передай-ка мне свою работу, – снова сказал он тихо.
– Да я… я еще не закончил… – соврал я.
– Мне наплевать… – прошипел он опять, – гони сюда и забирай мое задание.
В этот момент я почувствовал, как что-то упирается мне в спину: возможно, его тетрадь. По всему телу пробежал холодок.
Я попытался взглядом отыскать преподавателя, но тот стоял в дальнем конце аудитории, что-то говоря другому ученику.
– Давай сюда сейчас же, дебил! – сказал он более напористо.
Из-за моего ответа многое могло бы пойти по-другому. Я бы не разбудил монстра, первого в огромном списке из других десяти, сотен, тысяч монстров…
В тот миг всего одно слово раз и навсегда изменило всю мою жизнь.
– Чего? – крикнул он в ярости.
Я молчал, слегка наклонившись вперед, опасаясь, что за этим может последовать удар сзади.
– Что тут происходит? – спросил преподаватель, подходя к нашим столам.
– Ничего особенного, – ответил он.
– Ничего, – ответил я.
– Ты закончил? – спросил преподаватель.
– Да, я уже все сделал, – ответил я, отдавая тетрадь и желая как можно быстрее выбраться оттуда.
– Прекрасно; те, кто все написал, могу сдавать работы и отправляться домой.
В классе тут же раздался звук отодвигаемых стульев.
В тот день я не стал дожидаться Кири и Заро, взял свой рюкзак, вышел на улицу и пошел к дому так быстро, как только мог.
Я шел, постоянно оглядываясь. Никого поблизости не было, но меня продолжало трясти. Я знал, что это «НЕТ» принесет мне еще немало проблем.
В то самое время, когда один мальчик поспешно выходит из здания школы и направляется домой, второй остается сидеть перед несделанной экзаменационной работой, взбешенный и ошеломленный.
