Во время службы в Афганистане в роту капитана Романова прибывает спецкор одного из печатных СМИ и для написания репортажа просится принять участие в одном из боевых заданий. Романов нехотя соглашается. В конце боя корреспондент Александров спасает капитану жизнь при помощи своих удивительных сверхспособностей. После этого у них завязывается крепкая мужская дружба. По прошествии нескольких лет уже полковнику ФСБ Романову президент поручает создать группу для выполнения секретных заданий правительства. В подборе кандидатов участвует и Александров. Выбор падает на четырех совершенно разных по профессии и складу характера парней.Удивительные приключения этой четверки под руководством Романова и при "невидимой помощи" Александрова в разных точках мира и в различных ситуациях и составляют суть произведения. Заинтересует широкий круг читателей
Ливия
Пока свободою горим,
Пока сердца для чести
живы –
Мой друг, Отчизне
Посвятим
Души прекрасные
Порывы
(Ю. М. Лермонтов)
В приемной военного ведомства, на мягком, кожаном диване, сидели четверо молодых людей, и исподволь наблюдали друг за другом. Худой, светловолосый парень в белой майке и потертых джинсах, подперев кулаком подбородок, отрешенно изучал висящую напротив картину, изредка бросая оценивающий взгляд на соседей.
– Слушай сюда в два уха и запоминай, – назидательно говорил молоденький сержант пожилому ополченцу,лежа за песчаным барханом. – Иначе отстрелят твои «локаторы» вместе с головой. Если не хочешь быть обнаруженным лежи так словно ты не человек, а кусок верблюжьего дерьма, можешь, для убедительности, также и пахнуть. Бинокль держи над самой землей, и не дай тебе твой Аллах подняться выше песка хотя бы на десять сантиметров. Хороший снайпер тут-же в твою башку кондиционер впаяет. Против солнца применяй светофильтры, иначе по бликам тебя обнаружить так же легко как тушканчика на асфальте. Заметил противника не скачи козлом от радости, а медленно отползи в ближайшее укрытие, и лишь оттуда сообщи о них в штаб.
– А где здесь укрытие? – спросил араб, отплевываясь от залетевшего в рот песка.
– Вот послал же мне майор ученичка. – чертыхнулся парень, утирая с загорелого лица пот. – Вам всем жара мозги в кисель превратила, или это исключительно твоя изюминка?
Бородатый мужчина обиженно насупился.
– Укрытие это все, что может скрыть тебя от глаз врага. – не обращая внимание на его недовольство продолжал сержант. – И не в коем случае не открывай огонь до прихода основных сил,если конечно не хочешь отправиться к праотцам раньше времени. Все понял?
– Да, сержант. – мужчина достал бинокль и поднес к глазам. Инструктор пристроился рядом, и сделал то же самое. – Смотри, вон за тем холмом что-то колышется. Определи что это. Там враг или просто ветер колючку гоняет. В этот момент в нагрудном кармане сержанта ожила рация: -«Сокол, сокол я оазис, прием».
Сержант, не отрываясь от бинокля, достал рацию, и поднес её к губам: – Сокол на связи.
– Бочкарев,срочно возвращайтесь на базу. Как поняли, прием?
– Какого хрена?! Мы только начали.
– Повторяю. Срочно возвращайтесь.
– Понял. Сейчас будем. – отключив связь сержант легонько толкнул ученика в бок: – На сегодня хватит. Возвращаемся.
ополченец спрятал бинокль, и поднялся с горячего песка.
– А ну, выкидыш мула, быстро упал обратно. – дернул его за ногу инструктор. – Ты сейчас на войне или в ауле на прогулке? Заруби себе на всем, что выступает: разведчик, корректировщик, и им подобный наблюдатель в поле зрения противника всегда перемещаются исключительно ползком. Повтори.
– Ползком ходить надо. – угрюмо произнес араб.
– Правильно. Вперед, ползком марш.
Сидящий рядом с ним темноволосый парень в строгом костюме откинулся на спинку дивана, и меланхолично улыбаясь смотрел в потолок.
Лейтенант медицинской службы вышел из палатки, с хрустом в суставах потянулся, и сладко зевнул.
– Доктор ну как он? – поднялся ему на встречу пыльный, изможденный капитан, в рваной, пропитанной кровью тельняшке. Белки его голубых глаз на почти черном от загара лице блестели надеждой и тревогой.
– Ранение конечно тяжелое, но жить будет.
Капитан схватил врача в охапку, и с силой прижал к груди: – Спасибо доктор. Ведь этот Васька, еще ребенок совсем желторотый. Первый его бой, и представляешь, от гранаты меня закрыл. Ты уж постарайся, поставь его на ноги.
– Сделаю все что в моих силах. – хирург вдохнул знойный воздух и вернулся в палатку. Едва он подошел к умывальнику как где-то совсем рядом раздался взрыв, и по брезенту застучали комья земли. Доктор сорвал с крючка автомат, и выбегая бросил ассистентам: – Этого пациента отправьте в палату, готовьте операционный стол, я скоро.
– Капитан! Капитан, твою мать, ты жив!? – окрикнул хирург только что стоявшего у палатки офицера. Ответом была автоматная очередь. Сдернув предохранитель, доктор поспешил на выстрелы. На заднем дворе, укрывшись за медицинским внедорожником, капитан вел огонь по приближающимся, со стороны гор, моджахедам.
– Откуда они здесь взялись? – спросил сам себя врач, присоединяясь к капитану. – Мы же в глубоком в тылу.
– Тыл здесь понятие условное. – ответил офицер, короткими очередями заставляя противника падать на землю. – Эти тараканы могут появляться откуда угодно. У тебя сколько патронов?
– Три рожка.
– А у меня только два. Маловато на эту кодлу. Придется отступить.
– Я тебе отступлю. – зло блеснул глазами врач. – За тобой раненые, и медсестры. Хоть на шаг отступишь их же первыми положат.
– Но у нас же патронов кот наплакал.
– Бей одиночными, как снайпер. – хирург вскинул автомат, и выстрелил. Бежавший впереди моджахед упал. Остальные залегли, и открыли беспорядочный огонь. – У них то же боеприпасов ограничено. Так что еще посмотрим у кого больше.
Капитан с удивлением посмотрел на врача: – А ты, оказывается, людей не только штопать умеешь.
– У нас по-всякому бывает.
