1. Не все западноевропейские страны, способные участвовать в планах НАТО по производству стандартизированных видов оружия (имеются в виду ФРГ, Франция и Англия), обладают возможностью производить все виды военной техники. Взятая отдельно, каждая страна не могла бы обеспечить весь производственный цикл от начала до конца. Именно поэтому эти страны для производства отдельных видов вооружений предпочитают двустороннее сотрудничество с США, которым по силам обеспечить глобальную стандартизацию[77]. В привилегированном положении при этих обстоятельствах оказывается та западноевропейская страна, которая работает по «субподрядам» (изготовление отдельных узлов, сборка и т. д.).
Даже в случае общею проекта (например, по унификации моделей танков или самолетов) создание серии национальных проюгипов сопряжено с такими высокими требованиями в о г ношении сроков и экономических затрат, удовлетворить которые могут отюдь не все страны.
2. Различия между европейскими с (ранами НАТО, а тем более между каждой из них и США (!) с точки зрения их значения и мощи мешают им достигнуть единства, без которого они не способны выступить в качестве противовеса США в рамках сбалансированного европейско-американскою сотрудничества. В НАТО более слабый партнер всегда будет на положении бедною родственника и будет играть роль статиста.
3 Требуемое равновесие между партнерами возможно при наличии сопоставимою экономического и промышленною потенциала. Суммировав потенциалы всех западноевропейских стран, можно было бы получить нечто сравнимое с мощью США. но практически это, естественно, невозможно. Характер отношений между европейскими членами НАТО и некоторые факторы их внутриполитического положения не позволяют создать «общий рынок производства и потребления вооружений».
Ряд стран — Франция, Англия, ФРГ — отвергают саму идею такою рынка, поскольку считают, что могут решить вопрос собственными силами. При этом они очень часто апеллируют к соблюдению национального суверенитета (аргумент, который убедительно звучит не всегда).
«Малые» европейские страны, не располагающие достаточно развитой экономикой, чтобы вступать в конкуренцию по производству вооружений, предпочитают оставаться на положении «бедных родственников» США. Они исходят из того, что американцы способны не только обеспечить их оборону, но и поставлять субподряды для их промышленности, испытывающей всякого рода затруднения. У этих стран, расположенных на небольших территориях, потребности в области вооружений не столь значительны, как у других, более крупных, а потому они весьма сдержанно относятся к идее «совместных усилий».
В то время как в политических кругах ведутся нескончаемые разговоры по поводу стандартизации вооружений, настоящие дела на огромном рынке оружия и военной техники делают бизнесмены… Если «война — дело слишком серьезное, чтобы доверить его военным», то, по мнению бильдербержцев и членов Трехсторонней комиссии, «военная промышленность — дело слишком серьезное, чтобы доверить его политикам».
Спустя несколько дней после упоминавшейся встречи, призвавшей к «проявлению понимания проблемы», страны — члены НАТО провели под председательством министра обороны Англии Масона совещание «еврогруппы», на котором было вынесено решение — «активно и без промедлений» приступить к стандартизации вооружений.
США, подчеркнул в заключительном выступлении Масон, «полностью поддерживают принцип стандартизации и, согласно заверениям министра обороны Шлесинджера, в настоящее время готовятся принять закон об осуществлении такой стандартизации»[78].
Итак, на первый взгляд все были согласны пойти на жертвы во имя достижения, по выражению американских сенаторов, «общих интересов»… Тем более что каждая из заинтересованных сторон была готова предложить решение, которое требовало жертв… от партнеров.
Почему же названы лишь эти имена? Причина очень простая: решения, принятые на совещании бильдербержцев, были адресованы именно этим людям.
