— Заперли ли вы ее? — опросамъ первый извозчикъ.
— Не вчера родился, слава Богу, — сказалъ трактирщикъ.
Человкъ съ бородой спряталъ револьверъ. Но въ ту же минуту дверца прилавка захлопнулась, звякнула задвижка, дверной крюкъ отскочить съ оглушительнымъ грохотомъ и дверь въ сосднюю комнату отворилась. Мистеръ Марвелъ взвизгнулъ какъ пойманный заяцъ, и вс ползли черезъ прилавокъ ему на выручку. Послышался выстрлъ изъ револьвера, и зеркало по ту сторону гостиной покрылось звздобразными трещинами и въ дребезгахъ полетло на полъ.
Войдя въ комнату, трактирщикъ увидлъ мистера Марвеля, странно корчившагося и боровшагося какъ будто съ дверью въ кухню. Пока трактирщикъ стоялъ въ нершительности, дверь эта отворилась, и что-то потащило въ нее мистера Марвеля. Раздался крикъ и звонъ посуды. Марвель, опустивъ голову отчаянно упирался, но его притащили къ наружной двери кухни и отперли болты.
Полицейскій, старавшійся опередить трактирщика, ворвался въ кухню съ однимъ изъ извозчиковъ, схватилъ за кисть невидимую руку, которая держала за шиворотъ Марвеля, получилъ здоровую оплеуху и, едва устоявъ на ногахъ, попятился назадъ. Дверь отворилась и Марвелъ сдлалъ отчаянное усиліе спрятаться за нее. Тутъ извозчикъ что-со охватилъ.
— Вотъ онъ! — крякнулъ онъ.
Красныя руки трактирщика вцпились въ невидимое.
— Поймалъ! — крикнулъ онъ.
Освобожденный мистеръ Марвель шлепнулся на полъ и пробовалъ проползти между ногами боровшихся. Драка путалась вокругъ края отворенной двери. Тутъ впервые послышался голосъ Невидимаго, онъ громко вскрикнулъ: полицейскій наступилъ ему на ногу.
Потомъ Невидимый сталъ вопить съ ожесточеніемъ, и кулаки его залетали вокругъ съ неимоврной силой. Извозчикъ охнулъ и скрючился, получивъ ударъ подъ ложечку. Дверь изъ гостиной въ кухню захлопнулась и покрыла отступленіе мистера Марвеля. Люди въ кухн неожиданно увидли, что сцпились и борятся съ пустотою.
— Куда онъ длся? — спросилъ бородачъ. Наружу?
— Сюда, — сказалъ полицейскій, шелъ во дворъ и остановился.
Кусокъ черепицы просвистлъ мимо его головы и разбился среди посуды на кухонномъ стол.
— Вотъ покажу жъ я ему! — крикнулъ чернобородый.
За плечомъ полицейскаго блеснулъ револьверъ, и пять пуль одна за другой полетли въ сумракъ по тому направленію откуда была брошена черепица. Стрляя, чернобородый описывалъ рукою горизонтальную дугу, такъ что выстрлы разлетались по маленькому двору какъ спицы въ колес.
Послдовало молчаніе.
— Пять пуль, — сказалъ чернобородый. Вотъ это дльно. Эй, кто-нибудь, добудьте-ка фонарь, да пощупаемъ, гд тутъ тло.
Докторъ Кемпъ продолжалъ писать въ своемъ кабинет, пока вниманіе его не привлекли выстрлы. «Пафъ, пафъ, пафъ!» слдовали они одинъ за другимъ.
— О-го! — проговорилъ докторъ Кемпъ, снова взявъ перо въ губы и прислушиваясь. Кто-то въ Бордок разряжаетъ револьверы. Что тамъ затяли еще эти ослы?
Онъ подошелъ къ южному окну, поднялъ его и, облокотившись на подоконникъ, сталъ смотрть на стку оконъ, ожерелья газовыхъ фонарей и лавокъ, съ темными промежутками крышъ и домовъ, представлявшія городъ ночью. «Точно толпа тамъ, на холм», сказалъ онъ, «рядомъ съ „Игроками“, и продолжалъ наблюдать. Потомъ глаза его оставили городъ и скользнули дальше, туда, гд свтились огоньки кораблей и сіяла пристань, — маленькій, освщенный, многогранный павильончикъ, — какъ драгоцнный камень желтаго цвта. Луна въ первой четверти висла надъ холмомъ на запад, и звзды горли ясно и почти тропически ярко.
Минутъ черезъ пять, въ теченіе которыхъ мысль его скользнула въ далекія соображенія о соціальномъ стро будущаго и затерялась окончательно въ опредленіи времени, докторъ Кемпъ опомнился, со вздохомъ спусти окно, и вернулся къ письменному столу.
Приблизительно черезъ часъ въ наружную дверь позвонили. Со времени выстрловъ Кемпъ писалъ довольно вяло, съ промежутками разсянности. Теперь онъ прислушался. Онъ слышалъ, какъ служанка отворила дверь, и ждалъ ея обратныхъ шаговъ по лстниц, но она не шла. „Что тамъ такое, желалъ бы я узнать?“ сказалъ про себя Кемпъ.
Онъ попробовалъ снова приняться за работу, но напрасно, всталъ, сошелъ внизъ, изъ кабинета на площадку, позвонилъ и крикнулъ черезъ перила горничной, появившейся въ передней внизу.
— Письмо, что ли? — спросилъ онъ.
— Просто шальной звонокъ, сэръ, — отвчала она.
— Я сегодня что-то не въ своей тарелк,- подумалъ про себя Кемпъ, вернулся въ кабинетъ и на этотъ разъ очень ршительно принялся за дло.
Вскор онъ снова погрузился въ работу, и въ комнат не стало слышно ничего, кром тиканья часовъ да тихаго скрипа пера, бгавшаго въ самомъ центр свтлаго круга, который лампа бросала на столъ.
Было уже два часа, когда Кемпъ кончилъ на ночь свою работу. Онъ всталъ, звнулъ и пошелъ наверхъ ложиться. Уже снявъ пиджакъ и жилетъ, онъ сообразилъ, что хочетъ пить, взялъ свчу и сошелъ внизъ въ столовую за сифономъ и бутылкой виски.
