Невидимый фронт войны на море полностью

В дальнейшем потребовалось почти 20 лет чтобы радиоразведка отечественного Военно-морского флота достигла уровня развития, аналогичного ее состоянию в годы Первой мировой войны. Менее болезненно этот период прошел для фронтовой и армейской радиоразведки, где систематическая радиоразведывательная деятельность была налажена уже в 1918–1919 годах. Успешное ведение радиоразведки на морских театрах военных действий разведывательными станциями Красной армии в этот период было не случайно: после развала флотов значительная часть специалистов морской РЭР оказалась именно в подразделениях фронтовой разведки, где их опыт оказался востребованным раньше. Знание организации радиосвязи русского флота, сохранившейся в Белом флоте, позволило им успешно решать задачи разведки морских сил противника.

Проецируя уроки организации радиоразведки на морских театрах военных действий в годы Гражданской войны и военной интервенции в России в настоящее и обозримое будущее, с учетом состояния современного военного искусства, можно сделать следующие выводы, имеющие практическую значимость.

Во-первых, требования к разведке в целом и РЭР в частности по критерию гибкости должны быть значительно увеличены. Силы и средства разведки должны быть способны и готовы к решению задач в операционной зоне флота в условиях значительных изменений системы его базирования. Причем, как в условиях скоротечного отступления на приморском направлении, связанного с оставлением прибрежных позиций, так и наступления, а значит расширения прибрежной зоны и глубины разведки. Достижение такой способности возможно за счет значительного увеличения в частях береговой РЭР мобильной составляющей (в том числе беспилотных и дистанционно-пилотируемых летательных аппаратов), создания оборудованных запасных позиций, и т. д.

Во-вторых, решение в интересах флота задач разведки (РЭР) при необходимости может быть возложено на силы и средства разведки Сухопутных войск, соединений и частей ВВС и ПВО. Следовательно, те из них, возможности которых позволяют добывать разведывательную информацию в операционной зоне флота прилегающего МТВД, должны быть готовы к ведению разведки в его интересах. При этом вполне оправданным может стать требование способности и готовности флотской разведки к работе в интересах группировок войск, действующих на приморских направлениях. Достижение данных способностей возможно за счет унификации средств разведки, совершенствования системы подготовки кадров военной разведки, высокого уровня взаимодействия между различными видами разведки и разведывательными органами видов и родов войск Вооруженных сил РФ в ходе оперативной (боевой) подготовки и т. д.

В-третьих, координация разведывательной деятельности дислоцирующихся на приморских направлениях (стратегических направлениях) сил и средств разведки видов и родов войск Вооруженных сил должна осуществляться специально созданным органом управления, дислоцирующимся в данном военно-территориальном объединении (военном округе).

В целом, вышеприведенные выводы следует признать как исторически оправданный аргумент в пользу целесообразности создания на стратегических направлениях (включающих в себя приморские операционные направления) оперативных (оперативно-стратегических) разведывательных центров – центральных органов управления разведывательной деятельностью с оперативным подчинением им всех имеющихся на данном направлении сил и средств разведки независимо от принадлежности к видам и родов войск (сил) Вооруженных сил[412]. Подобная региональная централизация разведывательной деятельности, по нашему мнению, должна способствовать более высокой оперативности в управлении добыванием, сбором, обработкой и распределением информации на стратегических направлениях, а также повышению эффективности разведки.

Развитие боевых средств флота, оружия и его носителей в межвоенный период происходило в условиях все более обостряющихся внешне– и внутриполитических противоречий и вытекающего из них морского соперничества крупнейших государств. Базой этого развития служил продолжавшийся прогресс техники, и в первую очередь военной техники, причем на направленность этого развития накладывал отпечаток опыт Первой мировой войны, правда, «не сразу же и не всеми одинаково понятый».