— Раз уж ты заставляешь меня об этом говорить, — сказал он. — Я нахожу необычным, что ты так и осталась старой девой. Знаешь, в старые времена все мы были немного влюблены в тебя. Помню, даже старый сэр Тони в своей неуклюжей и довольно куртуазной манере пытался проводить с тобой время. Но еще я знаю, что Фрэнк Дэнби запал на тебя.
— Ты шутишь.
— Нет. Я не могу не задаться вопросом, не пытался ли он воздать тебе должное по высшему разряду — по-простецки, как привык, разумеется.
Мисс Фараон покраснела.
— Я не понимаю, о чем ты.
— Да все просто. Я утверждаю, что Дэнби в определенный момент пытался взять тебя силой, и этот опыт довольно прилично оттолкнул тебя от мужчин на всю жизнь. Я вижу, ты качаешь головой. Ну, что бы ты ни говорила, я представляю любую встречу между тобой и Дэнби как непреодолимую силу, несущуюся навстречу непоколебимому препятствию. Нет?
Но все равно давайте продолжим эту линию рассуждений и посмотрим, куда она нас приведет. Ты придумываешь, как его убить, и устраиваешь встречу по случаю воссоединения. Стоукс выясняет твой мотив и предъявляет его тебе по телефону, после чего погибает. Затем ты подкидываешь несколько ложных следов и отвлекающих маневров всех цветов радуги, но реальным будет только путешествие в Суссекс, которое ты спланировала, чтобы добраться до Дэнби.
Мисс Фараон открыла рот, закрыла его и наконец изрекла:
— Дерек, ты, должно быть, держишь меня за круглую идиотку. Ты полагаешь, что — на минутку — я организовала убийство, чтобы обвинить двух невинных людей? Стала бы я делать Бренду своей сообщницей и бросать худшие подозрения на бедную Шейлу? Безусловно, не стала бы. Надеюсь, для такого я еще не выжила из ума.
Я также надеюсь, что слишком умна, чтобы бросать дикие обвинения. Поэтому я не скажу вам, кто убил майора Стоукса и Фрэнка Дэнби. Зато скажу, кто этого не делал:
Во-первых, я думаю, что оба убийства совершил один человек. Это исключает Леонарда и Веру Латимеров, которые находились за пределами страны, когда Стоукс умер. Это исключает Шейлу и меня, потому что мы были вместе, когда он умер. Это исключает мистера Фина и Дерека Портмана, а также Мартина, из которых никто не мог убить Фрэнка.
— Подожди минутку, — сказал Хайд. — Получается, остаюсь только я!
— Или посторонний, Джервейс. Или же мое предположение оказалось неверным, и убийства, возможно, были совершены группой лиц. Короче говоря, заговор.
Мартин хихикнул.
— И ты еще говорила, что майор сошел с ума!
— О, я имею в виду не Красный заговор, а обычное убийство по сговору. Я ничего не говорю о мотивах или алиби и всего лишь придерживаюсь стандартных схем. Первое, убийства совершил Джервейс. Второе, это сделал посторонний. Третье, сговор. Однако я считаю, что должна быть возможность выяснить, что является истиной.
Латимер вытер рукой лоб.
— Я не думаю, что нам следует навязывать фактам готовые схемы, но пусть они говорят сами за себя. Хайд, ты ненавидел и Стоукса, и Дэнби, так что у тебя есть «мотив» — и даже если ты этого не делал, ты уже достаточно спился и достаточно не в своем уме, чтобы попробовать выкинуть что-нибудь этакое. Что касается алиби, то у тебя его нет. И все же я не стал бы тебя обвинять, потому что... потому что считаю, виновата, должно быть, Шейла Тавернер, и точка.
Посмотрите, как все оборачивается против нее: ее видели, как она обходила дом сзади; на задней двери нашли ее отпечатки пальцев; к тому же, как я понимаю, она солгала об этом. И мы знаем, что в ней сидела давняя обида на охранное агентство Тринкхэма, когда Дэнби поймал ее на краже.
Кроме того, все говорят про импульс, что это действия безумца, неподготовленный и безрассудный поступок. Это тоже соответствует картине преступления. Шейла увидела фото Дэнби в униформе, что всколыхнуло в ней прежнюю ненависть, и она взбесилась.
Портман что-то промямлил.
— Что ты сказал?
— Ничего, продолжай.
— Это моя точка зрения, и вы должны признать, что она довольно сильная.
— Она вряд ли может быть слабее, — сказала мисс Фараон. — Шейлу арестовали за мелкое воровство, кражу в магазине несколько лет назад. Она не сумасшедшая, поэтому я не понимаю, почему она должна убить совершенно незнакомого человека из-за такой ерунды, спустя много лет. Тем более сейчас. Она заплатила за свой проступок, у нее есть приличная работа и дом, и она занята воспитанием дочери. Нет, есть там отпечатки пальцев или нет, она просто не могла этого сделать.
— Это говорят эмоции, — возразил Латимер, — а не логика.
— О, и логика тоже. Надо полагать, у Шейлы хватило бы ума надеть резиновые перчатки, чтобы открыть кухонный люк и орудовать ножом. Как же она могла так неосторожно оставить отпечаток на задней двери? Нонсенс.
— Я не думаю, что оставила нож на кухне, — высказалась Бренда. — Я уверена, что оставила его в гостиной. Разве это не снимает обвинения с Шейлы?
Портман улыбнулся.
