Гвардейцы выпрямляются ещё больше, хотя казалось бы — куда? И так по струнке. Встают по стойке смирно. Синхронно бьют древками копий о ступени крыльца. Я чуть не подпрыгиваю от неожиданности.
А потом…
— Добро пожаловать, Ваше высочество! — гаркает тот, что ближе всего ко мне. И весь надувается от собственной важности.
В первое мгновение мне кажется, что у меня что-то со слухом.
Во второе мгновение я решаю, что стражники просто перегрелись на солнце в своих шлемах, в которых мозги вполне могут закипеть, как в кастрюльке, и меня приняли за принцессу. Но во-первых, Зиала давным-давно живёт со своим мужем в Таарне и доит козу, а во-вторых, мы с ней совершенно не похожи. Разве что обе блондинки.
В третье мгновение решаю, что, наверное, это на меня горный воздух как-то не так повлиял. Всё-таки, всю жизнь жила в горах. Наверное, что-то с мозгами. Необратимое. Потому что меня начинают терзать смутные сомнения, что стражники обращались вовсе не ко мне.
А потом на тугой узел завязок на моей шее ложатся горячие пальцы. И пока я пребываю в ступоре, ловко тянут узел, ослабляют его… срывают с моих плеч тяжёлый плащ.
Я медленно-медленно оборачиваюсь.
Чтобы уткнуться в смеющийся серебряный взгляд.
Человеческий серебряный взгляд. В котором пляшут искры веселья.
Зортаг кое-как напялил мой плащ на свои широченные плечи. Одной рукой придерживает всё время норовящие разойтись полы, а другой уверенно перехватывает моё запястье.
— Ну, идём, — ворчит беспечно, и я залипаю на дерзкую улыбку на краешке губ. Он тянет меня за собой. Прямиком по высоким ступеням мраморного крыльца.
Я следую за ним, как лунатик.
И медленно, медленно, медленно начинаю прозревать.
Окончательно до меня доходит, какая я была дура, когда стража склоняется перед Зортагом в глубоком поклоне. А ещё один гвардеец подобострастно заявляет:
— С возвращением, Ваше высочество! Во дворце вас давно ждали. Отец ваш каждый день спрашивает, вернулись вы или нет.
Смотрю на Зортага так, будто вижу впервые. Скольжу взглядом по аристократическим чертам лица, по гордому развороту плеч… в очередной раз понимаю, что была слепой дурой.
А он улыбается коварной улыбкой, абсолютно точно наслаждается произведённым эффектом — но не даёт задать ни одного вопроса, тащит и тащит меня дальше.
Тяжеленные ворота распахнулись перед нами, потом с таким же гулким скрипом захлопнулись за нашими спинами. Как будто надёжно отсекая мне все пути к отступлению.
Мы вступили в прохладную полутьму гигантского беломраморного холла, уставленного скульптурами и вазами с цветами.
Я невольно задрала голову, чтоб увидеть потолок — но он едва просматривался где-то неприлично высоко. И весь был расписан какими-то пейзажами.
Но потом я чуть не споткнулась на первой ступени широченной лестницы, устланной пурпурным ковром, и пришлось смотреть все-таки под ноги.
Зор тащил меня за руку слишком быстро, я не успевала прийти в себя.
От шока не могла по-прежнему вымолвить ни слова. Надо было лучше учить историю с географией, пока была возможность. Нет, захотелось мне, дуре, увлечься эликсирами и магией! Тогда бы я, наверное, знала, как зовут сына Императора. Ясно теперь, чего он своё имя говорить отказывался. Удивился, наверное, что я даже не среагировала никак, когда в конце концов сказал. Ждал, наверное, моего трепета и восторга от свалившейся на меня чести.
— Но… я думала, что в Империи… одна-единственная принцесса была наследная!..
— Да. Пока вы у нас её не отобрали. По счастью, я убедился, что сестра действительно в полном порядке. И, пожалуй, сейчас лучше её понимаю.
Щелчок — и ещё один кусочек мозаики встаёт на место.
Принцесса Зиала. Вот почему он вокруг неё кругами ходил на празднике! И спрашивал, счастлива ли она. Я ещё ревновала… а это, оказывается, была его сестра.
Потом вспоминается ещё кое-что. Как неожиданно вовремя Зиала опрокинула бокал вина и запачкала платье. Как раз, когда собиралась… что же она такого говорила?.. Память услужливо подсказывает.
Зиала начала что-то про своего отца, Императора. Мол, он очень звал её назад. Тем более, что… как там она выразилась?
И в этот момент алое вино опрокидывается на праздничный наряд. Теперь-то до меня доходит, что не просто так.
— А что такого твоя сестра собиралась сказать там, на празднике, когда ты ей платье вином залил? Не просветишь? — шиплю Зору, нервно оглядываясь по сторонам. То и дело мимо нас по лестнице снуют вверх и вниз лакеи в золочёных ливреях, учтиво кланяются чуть не до земли.
Зор оглядывается на меня с лукавыми искрами в глазах и пожимает плечами.
— Скорее всего, хотела растрындеть, что старший наследник отрёкся от престола. По поводу чего мне отец всю плешь уже проел, кстати! Много лет упрашивает взять своё отречение назад.
— Но… зачем тебе понадобилось отречение?..
