— Я собираюсь трахнуть тебя по-настоящему, — он наклонился ко мне, уткнувшись носом между моих грудей, как будто разговаривал с моей кожей. — Я собираюсь наполнить тебя своей спермой.
Его рот обхватил вершину моей груди и очень-очень нежно прикусил ее, когда его пальцы потянулись наружу. Он начал двигать ими быстро и плавно.
Я не знала, что с собой делать. Я была взвинчена и возбуждена. Я начала двигать бедрами, неуклюже пытаясь подстраиваться под его движения. Мои руки были раскинуты, кончики пальцев беспокойно впивались в простыни.
Я протестующе заскулила, когда он вытащил свои пальцы.
— Шшш, — выдохнул он мне в кожу, его губы мягко скользили по моей плоти. Он двинулся ниже, его губы скользнули по моим ребрам, вниз по животу, не останавливаясь, пока его великолепное лицо не оказалось зажатым между моих ног.
Он раздвинул мои складочки своими большими руками и дотронулся кончиком языка до моего клитора. Мои бедра дернулись, и я вскрикнула.
Он прижался ко мне носом, затем начал лизать, проводя языком от влагалища к клитору.
— Пожалуйста! — Он выманил это слово откуда-то из глубины меня.
Он поднял голову, глядя на мой скользкий от пота торс сквозь густые черные ресницы.
— Пожалуйста — что? О чем ты меня просишь?
Я даже не знала, о чем я его прошу. Только он это знал, и он прекрасно осознавал этот факт. Я повторила свою просьбу еще раз.
Он улыбнулся и снова опустил свой рот к моему лону.
Он сосредоточился на моем влагалище, погружая в меня свой язык снова и снова.
Мои руки оказались в его волосах прежде, чем я смогла остановить себя, прижимая его к себе; мои бедра дернулись, прижимаясь к его рту.
Он что-то сказал мне, но я не смогла разобрать ни слова из-за рева в ушах. Он прижался своими сочными губами к моему клитору и начал сосать.
Я едва сдержала крик.
Одна из его рук была на моей груди — мяла, пощипывала, ласкала. Другая рука оставалась у меня между ног, два его пальца проникли в меня. Он колотил ими туда-сюда.
Он проделывал со мной все это одновременно, и я потеряла всякое представление о времени и заодно свой рассудок.
В тот момент мне стало очевидно, что существует какая-то внутренняя, первобытная связь между нами. То, как он прикасался ко мне, целовал меня, обнимал меня, наслаждался мной, дышал мной, — было невероятно.
Как будто я стала его кислородом, как будто он не мог жить без меня.
Конечно, это была ложь, но она была мне нужна.
Я была готова подчиниться ему ради его удовольствия, сделать все, что было необходимо для этого, — но я никоим образом не была готова к своему собственному оргазму.
Я предполагала, что, поскольку меня всему обучили, я была готова ко всему.
О, как же я ошибалась!
Обрести свою собственную скупую, маленькую разрядку наедине с самой собой было совсем не то же самое, что получить ее от его рук, губ и языка.
Кира
Я стала растеклась по кровати словно лужица. Единственным, что работало, были мои глаза, и они следили за его движениями, когда он отстранился.
Я даже не заметила, что он был полностью одет, пока он не начал раздеваться.
Он двигался с быстрым нетерпением, и это было потрясающее зрелище.
Он опустил глаза, нетерпеливо расстегивая пуговицы на рубашке. Его волосы упали на лоб, ресницы отбрасывали густые тени на напряженные щеки.
Он был красив, как падший ангел, с шелковистыми чернильно-черными волосами и темно-оливковой кожей.
Он стянул с себя рубашку. Мне открылся чудесный вид: мощные мышцы его плеч напрягались под белой тканью, когда он двигался. Я упивалась видом его мускулистого загорелого торса, пока он стягивал брюки.
Я и до этого знала, что он крупный и накаченный, но его плечи были мощнее и шире, чем я себе представляла, твердые мышцы двигались под его кожей, подпрыгивая и изгибаясь при каждом его движении. Его грудь была внушительной и крепкой, грудные мышцы набухли, маленькие коричневые соски затвердели и превратились в тугие точки. Твердые выступы его живота были резко очерчены. Мой взгляд метнулся к его бедрам, которые контрастировали с его широкими плечами. Боже, он был прекрасен.
Он был не просто плейбоем или бизнесменом. Он заслужил такое тело. Он работал ради этого.
На самом деле он мне не принадлежал, но в тот момент я почувствовала острый, извращенный трепет оттого, что это великолепное создание было моим мужем и что никто другой не удостоился такой чести.
У меня перехватило дыхание, когда он стянул свои брюки и боксеры с бедер.
Его достоинство было толстым и длинным. Он был максимально возбужден, и это было столь же пугающе, сколь и увлекательно.
Я почувствовала, как меня охватывает первобытный трепет. Как ни странно, наши тела были созданы друг для друга. Одно не существует без другого. Его член был инструментом власти, и он был в нескольких шагах от того, чтобы заявить на меня свои права. И я хотела, чтобы он это сделал. Нуждалась в этом.
Когда он оказался полностью обнажен, он на мгновение остановился, и мы посмотрели друг на друга.
Я лежала, раскинув ноги, все еще обмякшая от оргазма, но живая, даже слишком живая, влажная и готовая к большему.
