— Хозяина нашего, кого же еще, — насмешливо фыркает Валентина. — Или ты даже имени его не знаешь? — я отрицательно качаю головой. Я думала, его Север так и зовут. Необычно, конечно, но мало ли… А оказывается Сергей он. — Вот девки, и чего вам не сидится по домам? Все легкой жизни ищете.
— Да я не…
— Ой, да хватит, — отмахивается она. — Наслушалась я уже про “не таких”. Идем, комнату выделю.
Она уходит вглубь коридора, я следую за ней, попутно оглядываясь по сторонам. Ощущение, что я попала в музей, а не дом. Все такое… пафосное. Дорогое. Наверное, и стильное. Я в интерьерах особо не разбираюсь.
— Вот, твоя будет, — говорит Валентина, притормозив у одной из дверей. Даже открывает ее для меня. — Давай, не стой истуканом. Заходи.
Едва я переступаю порог комнаты, как дверь за мной закрывается, а после еще и замок щелкает.
Обалдеть… Меня заперли! Подавшись порыву, тут же стучу, требуя открыть дверь, но мне уже никто не отвечает.
Оседаю на пол и тихо плачу. Я так устала, так боюсь всей этой ситуации. В голове полный кавардак, и что хуже всего — я не понимаю, как выбираться из всего этого. Был бы телефон — я хотя бы позвонила Ренату!
Утерев слезы, все же поднимаюсь на ноги, оглядываясь по сторонам — комната похожа на гостевую спальню. Или скорее даже на номер в отеле — кровать, небольшая тумба рядом, платяной шкаф и пара кресел.
Прохожу и осторожно присаиюваю в кресло.
Обстановка, конечно, шикарная по сравнению с той, где живу я. Но меня волнует лишь одно — как отсюда выбраться.
Время идет, а за мной никто так и не приходит. Желудок начинает урчать, но про меня будто забыли все. И с одной стороны я этому рада — не хотелось бы встреч с таким. как Валера. А с другой… Как же мне быть?
Кресло оказывается очень мягким и удобным. И я сама не замечаю, как засыпаю в нем.
Чтобы проснуться уже утром. От того ,что на меня практически в упор смотрит Север…
Есть у меня дурацкая особенность — я очень сложно просыпаюсь. Это прямо настоящая проблема — не проспать к первой паре. Каждый раз я завожу себе по несколько будильников, и Лада за это вечно ругается.
Но вот сейчас, под тяжелым взглядом Севера, я впервые не испытываю с этим проблем.
Просто раз — и внутри что-то щелкает.
— Здрасте, — выдаю, садясь по удобнее. Шея и спина затекли, и теперь болят. Но я сижу, боясь лишний раз пошевелиться.
— У тебя два варианта, Алина-Малина, как ты можешь отработать свой долг.
— Это не мой долг, я же говорила, что…
Север лишь чуть подается вперед, как я тут же осекаюсь и замолкаю, так и не закончив свою мысль.
— Кажется, это мы уже выяснили. Но если ты все еще хочешь поспорить…
— Не хочу, — испуганно возражаю. — Пожалуйста. Отпустите меня.
— Как только отработаешь долг.
Обреченно вздыхаю. На что же ты меня обрек, Ренат? Неужели у тебя не хватило смелости рассказать, как все было? Почему Смоляков не вернулся за мной как обещал? Почему?!
Я же поверила ему. Отдала свое сердце…
Дура.
— Чего вы хотите? — тихо спрашиваю, снова поднимая взгляд на Севера.
— Вариант первый. И легкий. Отправишься на аукцион.
— Это шутка?
— Нет. Такие как ты, конечно, не пользуются особым спросом, — равнодушно отвечает Север. — Но есть пара заказов на такой типаж. Так что, скорее всего, цену за тебя заплатят хорошую. С большой долей вероятности почти вся сумма долга будет погашена. Если же нет, после окончания контракта вернешься и поработаешь с клиентами уже “в поле”. А если будешь достаточно умно себя вести, то раскрутишь своего покупателя на погашение всего долга и вполне неплохо устроишься.
Меня поражает цинизм, с которым Сервер расписывает мне план действий. Будто это сходить в магазин за продуктами — а ведь на самом деле продаться!
— А второй вариант?
— Он труднее и не такой удобный, — равнодушно отвечает он. — Зачем тебе?
— Может, потому что меня не устраивает первый? — с вызовом спрашиваю я. — Я не собираюсь торговать собой!
— Да ну? — вдруг ухмылесят мужчина. — Ты уже это сделала, когда связалась со Смоляковым. Разве нет? Продалась за шмотки и бабки, на которые повелась.
— Неправда…
— Можешь и дальше строить из себя недотрогу. Но смысла нет. Гораздо проще будет воспользоваться уже рабочей схемой.
— Вам это зачем? Нравится издеваться? Или в кайф смотреть на унижения других?!
На лице мужчины не отражается совершенно никаких эмоций. Он будто из камня выточен. Холодный. Равнодушный. Вот не зря его зовут Севером. От него так и веет чем-то зимним, ледяным.
— Ты испортила мое имущество, Алина-Малина. Я хочу возместить убытки и получить проценты за моральный ущерб.
— Какой еще ущерб?
— Я перенервничал, — криво ухмыляется он. — Так что готовься, завтра…
— А второй? Я хочу узнать про второй вариант.
На лице Севера появляется снисходительная усмешка.
— Второй вариант тебе не понравится. Потому что работать придется очень-очень долго. Очень-очень много.
— Тоже… — замолкаю, боясь озвучить. — Это тоже с кем-то…
— Трахаться? — подсказывает Север. — Нет. Удовольствия меньше, срок отработки — дольше.
— Я хочу знать, — упрямо повторяю.
