«Какого хера... Что я несу? Умоляю... пусть это будет просто похоть... Подумаешь, за столько лет жизни захотелось трахнуть парня, но... ЭТО что-то другое. Я... черт, почему я не могу перестать думать о его запястье? — в очередной раз он уловил, как Луч едва заметно поморщился. — О коленках, которые должно быть все ещё болят? Об ощутимом под влажной майкой бинте? Видимо травма была куда серьезнее, чем я предполагал. До Джея не дозвониться. Может вызвать другого врача? — в своих мыслях он и не заметил, как принялся бережно поглаживать подбородок Луча. — Мне нужно убедиться, что с ним все в порядке, — в душу вонзилась парализующая мысль: — Смертный. Рано или поздно его не станет. И… что я собираюсь делать тогда? — пожалуй, впервые за бессмертную жизнь, Архонт ощутил страх, и одернул руку, вдруг заметив, как по тонкой коже пробежались красные искры. — Я... я могу убить ЭТО сам? Собственными руками уничтожить... — теперь он заметил, как его рука, что все ещё держалась за край купели, стала крошить испепелившееся дерево. — Не могу унять силу...» — он чувствовал, что болезненный ком в груди стал расти, а пламя, едва сдерживаемое, отчаянно рвалось наружу.
— Уходи! — сухо велел мужчина.
— Что?
— Немедленно убирайся!!!
Не в силах сдержать слёзы, я бежала вдоль дороги, желая, как можно скорее оказаться подальше от дома хозяина.
Прогнал. Как собаку...
У него так много женщин, и то, как они все прикасались друг к другу... Ему нравилось, а я... я захотела оказаться на их месте...
Но мне нельзя!
Я совсем забыла, что я «парень», пока он... он целовал меня? И я снова не оттолкнула, а вместо этого...
Такая дура! Как же стыдно! И что теперь делать?
Он меня теперь и на порог наверно не пустит. В отличие от тех длинноногих красоток...
Неприятное чувство, возникшее в груди, затрудняло дыхание. Я всхлипнула, и замедлилась, ощутив как в животе, будто мячик образовался, вызывающий тянущую боль в пояснице.
Ох, ещё этого не хватало! Должно быть, месячные собрались, наконец, начаться. Очень вовремя! Как мне ещё это маскировать прикажете? Вот не было же сколько, и ещё бы немного подождали, пока я разберусь со всем!
Я в удивлении остановилась, когда осознала, что вышла на ту самую набережную, где мы однажды останавливались с хозяином по дороге домой.
Недолго думая, я перелезла через парапет и пошла по каменистому пляжу к воде. Солнце уже давно село, однако, даже почти не видя моря, я успокаивалась — звук перекатывающейся гальки словно музыка.
За спиной осталась дорога, с которой фары изредка проезжающих машин освещали курчавую пену, легким облаком выкатывающуюся на камни. Берег, как и в прошлый раз был безлюдным, поэтому мне оказалось легко принять решение: вместо того, чтобы усесться на тёплых камнях, я, сбросив шлёпанцы, подошла к воде. Сунув руки под майку, размотала назойливый бинт, и бросила его к обуви.
Как же он мне надоел! Даже грудь стала побаливать от того, что вечно перетянута, и налилась, будто отекла, из-за этого становится все сложнее ее прятать.
Сзади снова мелькнул свет фар, и я решила, что нужно поторопиться, пока меня никто не заметил в таком виде. Одежда все равно до сих пор мокрая, а соленые волны, надеюсь, помогут мне смыть ощущение, будто я бесстыжая беспризорница, которая лишилась того малого, что ей дали.
Я нырнула как раз, когда берег осветлило очередным ярким лучом с дороги, а вынырнув облегченно выдохнула:
— Так-то лучше… Окунуться в прохладный водоём — всегда помогало избавиться от тяжелых мыслей. Жаль, тут нет водопада...
Я вздрогнула, когда над головой послышалась выстрелы...
Что за чертовщина?!?!
Не могу дышать.
В небе будто стали взрываться звёзды, опадая на землю ярчайшими искрами, и мной овладела паника.
Огонь... Нет-нет!!! Только не огонь!
В голове сразу возникло воспоминание: моя мамочка на огромном кострище, когда ее сжигали вместе с другими жертвами, пришедшей в нашу деревни хвори. Хлопки от горящего шифера... прямо как эти взрывы!
Что происходит?!
Страх сковал все тело: не могу пошевелиться...
Едва за Лучом успела закрыться дверь, как купальню заволокло пламенем.
Пропитанные огнеупорным составом, как раз на такой случай, стены, пока держались, чего не скажешь о тлеющей по краю деревянной ванной.
— Дьявол, — выдохнул Эйден, пытаясь привести свои мысли и чувства в порядок. — Я дьявол!!! — это не помогало, и огонь в секунду испепелил купель. — Спокойно... спокойно, — бормотал мужчина, когда вода, закипая, разлилась по всей комнате. — Луч успел уйти, но если я не утихомирю силу, то спалю к чертям дом, и тогда... — он скрипнул зубами, пытаясь придумать оправдание тому, при чем тут слуга: — лишусь своего десерта, — и это сработало: огонь послушно унялся, стоило Высшему подумать, что маленькое смертное создание может пострадать.
Эйден облегченно выдохнул, и отправился в свою комнату, попутно заказывая у Бата новую купель и факелы, выгоревшие дотла.
