Ей я рассказал о Мадлен. И о драке она знала. Именно Чарли я позвонил вчера и просил забрать меня у бара. Никому бы, я не доверился. Стив бы растрезвонил всем, в том числе и родителям. А мне не нужно, чтобы из меня делали жертву.
Чарли напугалась, но поняла, почему, я хотел скрыть все это.
— Что ты сказала матери? — спросил ее, спрыгивая со стола.
— Что вы с одноклассниками немного повздорили с ребятами из другой школы из-за футбола. Она бы не за что не поверила, если бы увидела твое лицо вчера.
Я подошел к Чарли и чмокнул ее в щеку:
— Без сомненья, ты мой ангел-хранитель. И твоя мазь чудесна, несмотря на жуткую вонь.
— Благодаря этой вони, она и чудесна. Тебе лучше не знать ее состав, — она рассмеялась увидев выражение моего лица, но через секунду посерьезнела. — Все-таки этого мальчишку стоит проучить.
— О-о. Он свое уже получил. Не могу дождаться, когда увижу его рожу в понедельник, — я злорадно усмехнулся.
— Так здорово ему врезал? — спросила Чарли.
— Я не об этом.
Чарли посмотрела на меня и широко улыбнулась:
— О-о, тут у нас рыцарь, который заслужил сердце дамы в этом поединке.
— Чертовски верно!
* * *
— Куда ты меня тащишь?
Мы шли по улице, держась за руки. Я еле дождался утра. Быстренько приняв душ, я помог собраться Ханне и мы отправились к дому Мадлен. Она вышла в платье и куртке, и мне потребовалось некоторое время, чтобы оторвать взгляд от ее красивых ног. До центра города, мы ехали очень шумно. Мадлен не шутила, когда сказала, что Айк сходит с ума в машине. Он лаял и лаял, заливая слюной салон. Облизывал окна и прыгал. Ханна не переставала громко смеяться, а Мадлен, пытаясь удержать собаку, бесконечно извинялась. Я поцеловал ее в ладошку и сказал, что нет причины извиняться. Я не чертов параноик, трясущийся над своей тачкой, называя ее женским именем. Это же собака, салон можно вымыть. Пустяки. Но Мадлен трудно переубедить. Это еще одна черта ее характера, которую я заметил. И мне она понравилась.
Наказав Ханне, подождать нас в машине вместе с Айком, я взял Мадлен за руку и повел к кафе пончиков «Дункин Донутс».
— Я должен знать, какие пончики любит моя девушка. Нам столько нужно узнать друг о друге, начнем с этого. Возьмем на вынос целую кучу твоих любимых и отправимся на пляж.
— Может я вообще не люблю пончики.
Я резко остановился, и Мадлен почти врезалась в меня. Я обнял ее за талию и притянул к себе, вдыхая запах ее волос.
Боже.
Это нарцисс, мой любимый запах. Мы стояли так около минуты, не обращая внимания на прохожих.
— Хорошо, — вдруг прошептала Мадлен. — Я обожаю пончики. С глазурью и орехами, мои любимые.
Я негромко хохотнул и потянул ее в кафе.
Часа три мы гуляли по побережью. Мы мало разговаривали, только смеялись, кричали и играли с Айком. Я давно так не смеялся. Айк несколько раз сбивал меня с ног, когда я пытался вперед него добежать до его палки. Мадлен с Ханной сгибались по полам, видя эту картину.
— Стайлз, — смеялась Мадлен, — пока ты будешь с ним соревноваться, он будет тебя ронять. Он всегда так делает. Прекрати.
Позже, расстелив теплое покрывало, мы с Мадлен в обнимку уселись на него, и наблюдали, как Ханна бережно расчесывает Айка. Пес вилял хвостом и пригретый редкими лучами солнца, начал дремать. Мадлен сидела, прижавшись спиной к моему правому боку, а моя рука обвивала ее талию. Свободной рукой, я взял прядь ее длинных волос и поднес к солнцу.
— А они у тебя пепельные. В лучах солнца.
Я всегда, думал, что волосы Мадлен темные. Как такое возможно?
— Что? — сонно пробормотала она.
— Твои волосы отливают серебром.
— А я и не знала.
— Ты вообще смотришься в зеркало?
Мадлен повернула голову и удивлено, посмотрела на меня:
— Ну да, а что-то не так?
Я провел большим пальцем по гладкой щеке:
— Я имею в виду, знаешь ли ты, насколько красива? Ты практически не красишься, не носишь метровых каблуков, твои волосы не запачканы лаком или еще какой-то дрянью. Твоя естественность делает тебя безумно красивой. И сексуальной.
Мадлен прикрыла глаза и улыбнулась:
— Последнее, мне понравилось больше всего, — затем она высвободилась из моего захвата и полностью повернулась ко мне лицом. — Спасибо, Стайлз. И раз уж мы говорим о внешности, мне тоже безумно нравятся твои волосы.
Я не успел ничего ответить, так как Мадлен запустила обе свои руки в мои волосы и слегка потянула.
— Хотела так сделать, с тех пор, как заметила в них жвачку.
Кинув взгляд на Ханну, которая не обращала на нас никакого внимания, я буквально обрушился на рот Мадлен. От удовольствия, мы оба издали стон. Ее руки все еще находились у меня в волосах, нежно поглаживая, и я готов был взорваться от возбуждения и переполняющих чувств.
Нас прервал Айк своим громким лаем. Оторвавшись от Мадлен, я повернул голову на звук, и увидел перед собою Ханну. На ее лице горела любопытная улыбочка.
— Эй, принцесса, — я встал на ноги и подхватил Ханну, — ты, наверное, проголодалась.
— Давайте поедем в наш любимый с Айком парк. Там есть отличный гриль-бар прямо на открытом воздухе.
