Кажется, вначале Уракбай не совсем въехал в услышанное. Потому что согласно кивнул и глубокомысленно изрек:
— Оригинальный закон.
Но как только герцогиня продолжила торжественным тоном, челюсть у парня стала непроизвольно отвисать:
— Именно поэтому вы оба с сегодняшнего дня считаетесь свободными гражданами Менсалонии. Разве что по моей настоятельной просьбе останетесь в числе нашей труппы еще парочку недель. Но теперь вам будет идти солидная доля с заработка, которую вы вправе потом потратить на какие угодно цели. Хоть на наем корабля для возвращения в Кремневую Орду.
Раненый выглядел полностью ошарашенным, чем опять не преминула воспользоваться вреднющая герцогиня:
— Да не расстраивайся ты так! Слезами горю не поможешь! Конечно, рабом жить проще: накормили, напоили, спать уложили. Чуток поработал — и опять подкрепился. Твой друг, наверное, еще больше расстроится…
— Да нет! — послышался решительный, уверенный голос из глубины повозки. — Я-то как раз очень рад!
Второй край полога тоже завернулся внутрь, и показалось хоть и изуродованное, но различимо счастливое лицо бывшего десятника ордынского войска. Глаза смотрели с хитринкой, а трепетные ноздри жадно втягивали запахи большого города.
— И давно ты нас подслушиваешь? — опять нахмурилась герцогиня.
— С самого начала разговора, — признался Кремон, аккуратно дотрагиваясь до своего лба ладонью. — Проснулся и лежал, пытался новые воспоминания в голове нащупать. Но разве вы таким интересным разговором дадите сосредоточиться?
— И что нового вспомнил?
— Пока ни одного кусочка. Но теперь у меня новые вопросы возникли. Раз мы с другом теперь свободные люди, то как нам к вам всем обращаться?
— К остальным — как и раньше. А ко мне, раз я стараюсь маскироваться под мужчину, — тоже по имени. И обращайтесь запросто: Вилли. По крайней мере — до окончания наших совместных гастролей.
Сослуживцы переглянулись, и старший согласно кивнул:
— Хорошо. Только вот нас весьма интересует маршрут наших гастролей и его продолжительность.
— Вначале мы выступим в Поднебесном саду, а потом сразу поспешим в Долину Развлечений. Пять дней главного турнира года — и вы вольны отправляться, куда вам хочется.
От услышанного Невменяемый почувствовал неожиданное головокружение. Что такое Долина и вся ее подноготная суть, он прекрасно помнил по рассказам своей давно погибшей любовницы, с которой они общались в Кихон-ском полку. Но не это отуманило ему мозги. Прилив крови и голову вызвало странное словосочетание «Поднебесный сад». Болью ударило по вискам, в ушах зашумело, на глазах выступили непроизвольные слезы. Более минуты он осоловело пытался проморгать пелену, ожидая в любой момент очередного провала в сознании. После чего и сам удивился:
— Выдержал… Неужели иду на поправку? — Две пары глаз продолжали на него смотреть со всем вниманием, поэтому он признался: — Что-то меня этот Сад так сильно взволновал, явно о чем-то важном раньше знал, а вот вспомнить не могу.
— Ранек рассказывал, что ты когда-то мог есть волшебные плоды, — поведал Уракбай. — А о них такие сказки рассказывают…
— Почему сказки? — Фигура в громоздком плаще качнулась. — Вот побываем там — сами много чего увидите и услышите. Мало того, и плоды попробуете. Их там в определенном месте по доступной цене подают.
— В каком месте? — не удержался от вопроса молодой ордынец.
— В термальных купальнях для Садовников.
— И они там эти плоды едят?
— Вот как раз Садовникам эти плоды есть и нельзя. Подают их только гостям и посетителям этих самых купален. Очень важно: съесть надо сразу же, как принесли, на глазах у Садовника. Причем хоть сотню лопай, лишь бы денег хватило да желания — потом три, четыре ночи подряд будешь всякие кошмары смотреть.
— Ранек говорил о сладостных снах.
— Кому как. — Голос Вилеймы стал насмешливым. — Хотя и поговаривают об особой живительной силе волшебных плодов. Кстати, Зар, может, твою голову там и подлечим. Но потому и скармливают гостям плоды по дешевке, что за пределами Поднебесного сада они стоят в тысячи раз дороже. А вот привыкание и желание еще раз посетить Сонный Мир остается у человека на всю жизнь. И порой многие богачи изводят на это удовольствие все свое состояние.
Уже некоторое время рядом с повозкой стоял возница и прислушивался к разговору. Но теперь он решительно встал на подножку и перебрался мимо Кремона под тент:
— Интересный у вас разговор, но мне бы часик вздремнуть.
— Да-да, располагайся.
— Кстати, поздравляю вас с новым положением. — Он с чувством пожал руки недавним рабам, поощрительно им при этом подмигивая. — Такие орлы на вес золота. И я рад, что мы некоторое время будем работать вместе. А ваши рабские кольца я сниму в мгновение ока.
Действительно, несколько магических прикосновений — и от колец остались лишь воспоминания.
Пока Цай укладывался, Невменяемый опять потрогал свою голову и решил проверить на всякий случай степень предоставленной им свободы:
— Послушай, Вилли, ты вот говоришь про оплату нашего труда. Но хотелось бы знать конкретнее: сколько?
