На такое проявление жадности со стороны чужаков местный только покровительственно похмыкал и первым приступил к изучению бумаг. И он же первым радостно воскликнул:
— Да это получше полной шкатулки с драгоценностями! Его коллеги с такими выводами не спешили. Почесывая свои затылки, они явно не верили в радужные перспективы:
— Хм! Подумаешь, какое-то захоронение древнего князя!
— Ага! Там, наверное, все давно до нас растащили.
— Да неужели вы читать не умеете?! — горячился генеральский подручный. — Тут ведь ясно написано: «…Для всего народа источник должен стать целебным, тогда никто не будет в тех местах рыться. А для большего страху построить рядом небольшой монастырь да вменять монахам жесткое почитание к святому месту. А чтобы дурью монахи да бездельем не страдали, ограничить их количество не больше чем пятнадцатью особями: пусть тяжким трудом себе все сами выращивают для пропитания…»
— А что это за князь был?
— Есть у нас одна легенда, что жил здесь древний князь. Эль-Митолан. И за триста лет насобирал он сокровищ раз-пых количество несметное. Умер больше восьмисот лет на-вд, но до сих пор его могилу никто не находил.
— Ну… если так…
— Вот именно, что «ну»! Мчимся в лагерь!
Когда новость донесли до командования и оно вникло в суть отысканных документов, началось невообразимое. Полковник перехватил инициативу и стал предлагать:
— Значит так, я беру сотню и немедленно поеду обследую все, вокруг источника и монастыря.
— Постой. — Генерал тоже лихорадочно соображал: как бы его не оставили в дураках. — Ты ведь сам говорил, что всему полку знать необязательно — Плевать! Все остальные действия проведу я лично. Никто ничего и знать не будет о главной сути рейда.
— Нет! Мы с тобой должны оставаться здесь. А ты так вообще не должен своих псов оставлять без присмотра. Да и мои люди местные условия знают намного лучше. Все сами отыщут. Хватит для этого дела и полусотни.
Для хорошо организованной засады желательно было бы отправить туда еще больше врагов, но и такое количество вполне союзников устраивало. Поэтому энормианский ветеран только и постарался не показать себя слишком доверчивым или наивным:
— Но мои лучшие воины тоже могут оказать посильную помощь.
— Не спорь! Мне лучше знать. Нельзя слишком афишировать этот поиск.
— Да я не спорю. Сколько скажешь, столько своих «псов» и дам. Мне ведь тоже не с руки, чтобы по полку поползли слухи про удачную вылазку.
— Тогда подбери десяток. Самых неболтливых!
— Понял! Когда отправляем?
— Во время обеда. Задачу поставим только парочке офицеров. Пусть остальные пока думают, что это обычная учебная вылазка. Особенно некоторые гражданские лица должны остаться в благостном неведении.
— Естественно!
Так все и сделали. Но когда отряд в шестьдесят всадников ускакал из лагеря, командир наемников постарался по каким-то бытовым делам оказаться немного в стороне, как бы беседуя со своими офицерами. Дождался, пока сидящий на дереве болар не подал сигнал: «Сознание Жирка подслушивает рядом», — и с явной печалью в голосе пожаловался:
— Что-то этот генерал все трофеи хочет забрать себе единолично! Его люди отыскали документы с указанием точного захоронения какого-то древнего князя, так он даже мне не рассказал, где это находится. С большим трудом уговорил взять один десяток наших.
— А как же дележ добычи?! — с негодованием воскликнул один из офицеров.
— Ну пока ничего не нашли, — значит, и делить нечего! — рассерженно ответил полковник. А потом, словно в раздумье, пробормотал: — Пойти, что ли, посоветоваться с другим Хозяином? Мне кажется, он человек более рассудительный.
Задумка сработала. Не прошло и получаса, как Змей через своего ординарца настоятельно пригласил командира наемников для личной беседы. Причем делалось само приглашение вне видимости Генерала и его адъютантов.
Теперь опытному ветерану оставалось только правильно направить клин раскола.
Следующим утром, когда шторм на море стал стихать, парочка страхующих боларов отправилась на поиски яхты Галиремы. Но, как они ни обшаривали морские просторы, нужный кораблик не нашли. Царственная Огирия словно в под у канула. Вариантов ее пропажи насчитывалось предостаточно, но разумные растения не стали слишком переживать по этому поводу, а просто с помощью Маяка вполне ясно доложили о сути дела в Экан.
Больше всего новость взбудоражила конечно же представителей Кремневой Орды, в первую очередь шурина нынешнего Фаррати. Гибель такой персоны была чревата последствиями как для них самих, так и для внешней политики местного самодержца: Поэтому паникующего Алехандро Шиловски успокоил только размеренный голос Спина:
— Да ничего плохого с этой вашей Галиремой не случится. Наверняка она уже подплывает к побережью Менсало-нии.
— Точно! — поддержал эту идею Цашун Ларго. — Я сразу почувствовал, что она темнит по поводу ментального обзора всего острова. Просто хотела избавиться от нашей опеки.
