Но эти всеобщие постулаты управления подобным сбродом у купцов были отработаны отлично. Правда никогда доселе им не приходилось работать с таким огромным количеством воинов и колдунов. Да еще и прибывших из заморских стран. Но все равно заверения представителя в Шиирнадаре, среднего брата Пиюсов заметно успокоили, а когда его познакомили со старшими командирами наемников, то и внешний их вид понравился: солидные, степенные и матерые. Впечатлял и общий вид остальных наемников: все в дополнительной броне, увешанные с ног до головы оружием, и у каждого за плечами внушительный вещмешок с личными вещами. Под крики громких команд с галеонов сгружались детали некоторых осадных и метательных машин, которые принадлежали всему полку и могли быть использованы при штурме особо крепких строений. Ко всему прочему в полку имелись клетки с ручными и специально обученными ястребами, которые использовались для дальней доставки срочных сообщений. Подобные живые помощники в Менсалонии не были в диковинку, но все же использовались очень редко.
После короткой беседы, купец отправился вместе с командирами наемников в один из ангажированных трактиров для плотного обеда, более подробного знакомства и постановки самых главных тактических задач.
Разговор о проблемах в Менсалонии начался прямо во время приема пищи. Слишком уж купец извелся нетерпением и желанием как можно скорей отомстить разгулявшимся не на шутку разбойникам:
— Они в последнее время совсем совесть потеряли. Основали для себя в труднодоступных горах перевалочные базы, взяли под свой контроль целые поселения и всех их объединил под свое крылышко мерзкий преступник и бунтовщик, восставший против короны. Маркграф тамошней провинции — это один из самых больших предателей Менсалонии и именно против него сейчас король собирает и отправляет внушительные воинские силы. Пригревшиеся в той провинции разбойники безнаказанно грабят не только большие караваны, но и самых бедных одиноких путников. При этом они практически никого не оставляют в живых на месте своих преступлений. Или убивают сразу, или уводят с собой, превращая в рабов. И самое худшее, что они даже не предлагают родственникам выкупить похищенных людей и не идут ни на какие переговоры по этим вопросам. Можете себе представить горе и тяжелые страдания, несчастных родственников, которые при всех стараниях не могут узнать о судьбе своих близких? У меня самого старший брат пропал вместе со своим караваном, и именно это послужило последней каплей для начала самых решительных действий. Лучше уж проститься с бессловесным, пусть и благородным металлом, чем терпеть беспредел разбойничьей вакханалии. Наша задача отогнать преступников для начала в горы, потом обеспечить прохождение торговых караванов, ну а по ходу этих действий — нанести неожиданные удары по поселениям предателей.
То есть во вступительной части основной наниматель так обрисовал предстоящее дело, что низменные и неразборчивые в своей сущности наемники превращались в борцов за справедливость и сподвижников законной власти. Само собой, что под таким соусом, когда не надо обращать внимания на поднимающую голову совесть, убивать кого угодно гораздо проще. Так вообще любое злодеяние можно смело себе записывать в актив геройства. Хотя если судить с точки зрения общественного строя Менсалонии, то так оно и было. Потому что к широкомасштабной операции по ликвидации опорных точек разбойников на данный момент вставали почти все частные и общегосударственные силы.
Пока прибывшие наемники утоляли свой голод после морского путешествия, купец Пиюс вошел в азарт и живописно описал всю структуру предстоящих баталий. Поведал как и откуда нанесут удары частных войск Долины Развлечений. С какой стороны и какими силами будем замыкать кольцо полной блокады вокруг криминогенных горных хребтов выделенные военные формирования королевской армии. Откуда поведут атаку собранные купцами и богатыми людьми формирования местных наемников и относящихся к ним морским десантам, собранным по экипажам из корабельных добровольцев. В общем, война намечалась солидная. Ну и, конечно же, главный удар в этой войне предстояло нанести иноземным наемникам из обоих Баронств. Об этом прямо не говорилось, скорей даже главный наниматель пытался нивелировать значимость предстоящих боев, но ведь сидящие перед ним ветераны понимали любые намеки с полуслова. А в свете своего истинного происхождения, при этом понимании почти сразу же просчитывали свое предстоящее поведение, как на поле брани, так и за столом переговоров.
