Олег Блоцкий
Невостребованный боевой опыт
Советские войска 15 февраля 1989 года покинули Афганистан. Война была проиграна. Проиграна в первую очередь советскими политиками. Это понимали не только в 40-й армии, но и во всей стране.
Несмотря на подобный исход, за десять лет боевых действий советская армия приобрела значительный опыт. Практически каждый офицер ВДВ прошел через Афганистан. Некоторые побывали там дважды. Например, нынешний министр обороны России Павел Грачев. Подобная картина наблюдалась и в элитных подразделениях советских вооруженных сил - частях специального назначения (спецназа) Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба ВС СССР.
Необходимо отметить, что несколько батальонов спецназа, которые дислоцировались преимущественно в афгано-пакистанском приграничье, были наиболее эффективной силой в 40-й армии. Во многом это происходило оттого, что, набравшись опыта, спецназовцы (изначально диверсионные подразделения) начали бороться с повстанцами, применяя их же методы. Мобильность достигалась за счет тесного взаимодействия с вертолетчиками.
К концу войны в Афганистане в ВВС СССР не было, пожалуй, ни одного офицера-вертолетчика, который избежал этой войны. Правда, в отличие от офицеров других видов и родов войск командировки летчиков длились ровно год, что в два раза меньше, чем у остальных офицеров. Но именно поэтому возрастала вероятность попадания вертолетчиков в Афганистан во второй раз.
Помимо людей "обкатку" на той войне проходили различные виды вооружений. Специалисты из закрытых конструкторских бюро и номерных научно-исследовательских институтов получили прекрасную возможность наблюдать свои "изделия" в деле. Постепенно Афганистан превратился в полигон, где "доводились до ума" стрелковое вооружение, различные виды боевой техники, а также новые модификации снарядов, авиабомб, противопехотных мин и систем, гранат.
Более чем стотысячный "ограниченный контингент" постоянно нуждался в продовольствии, обмундировании, топливе, предметах быта и боеприпасах. Над этим вопросом трудились офицеры тыловых служб и артвооружения. Постоянно хватало работы военным медикам, как хирургам, так и инфекционистам.
Таким образом, не беря в расчет негатив, который, естественно, был на той войне, можно уверенно сказать: советская армия, за исключением лишь некоторых видов и родов войск, приобрела огромный опыт по ведению антипартизанской войны. Следует учитывать то, что в Афганистане воевали спецподразделения МВД ("Кобальт"), КГБ ("Каскад") и погранвойск, так называемые "мангруппы".
По подсчетам, в 1989 году каждый пятый офицер советской армии прошел через Афганистан и ясно представлял, что такое война. Особую школу прошли именно низовые, младшие, командиры, начиная с взвода и заканчивая батальоном.
Не надо сбрасывать со счетов и то, что на протяжении семидесятых и восьмидесятых годов советские военные специалисты участвовали в локальных войнах в Африке, Латинской Америке, Юго-Восточной Азии, а также на Ближнем Востоке. Причем все они, как правило, были старшими офицерами - от майора и выше. Следовательно, на достаточно высоком штабном уровне советскими военными приобретался аналогичный опыт ведения антипартизанской войны, но в совершенно различных природно-климатических условиях. Кстати, были там бои и в городах, и за города.
Таким образом, к концу восьмидесятых годов был накоплен значительный индивидуальный опыт ведения боевых действий против партизан. Однако, по возвращении военнослужащих советской армии в СССР, он оставался совершенно невостребованным и, более того, абсолютно не принимался в расчет ни при подготовке курсантов в военных училищах, ни, тем более, при обучении офицеров в военных академиях. Глобальная доктрина Минобороны СССР о ядерной войне определяла все военное обучение специалистов.
Боевой опыт офицеров был не только не сведен воедино, а предан забвению. Единственное, что могли делать офицеры с боевым прошлым, так это передавать умение или подопечным курсантам, или подчиненным солдатам, на собственный страх и риск. Подобная инициатива в армии начальством не поощрялась.
Исполнился год с начала широкомасштабных боевых действий в Чечне. Достаточный срок, чтобы сравнить две войны - афганскую и чеченскую. Тем более что и во втором случае противник российских войск выступает под знаменем Пророка и применяет явные партизано-диверсионные методы борьбы.
По стечению обстоятельств война в Чечне началась в декабре, приблизительно в тех же числах, что и в Афганистане. Но только в этом их сходство.
