— Но, — запнулась она, — как же мы?
— А что мы? — потёрся носом о нос девушки.
— Я буду там, а ты здесь, — промямлила она и отвела глаза.
— Я буду там, где ты, — улыбка Жени стала шире. — Может быть не всегда, но буду очень стараться. Мой дом, там, где ты. Без тебя мне ничего не надо.
— А как же люди, которые на тебя работают?
— Работать можно и на автопилоте, — пожал он плечами.
— Женька, — прижалась она к нему. — Ты прости меня.
— И ты меня, Галчонок. Я один во всём виноват.
— Нет. Мы оба виноваты. Моя подруга, Алла, дала мне один очень полезный совет.
— Какой?
— Не делать скоропалительных выводов, а сесть и поговорить.
— Хорошая у тебя подруга.
— Самая лучшая. Но всё же, — замялась девушка. — Не можешь же ты переехать из города. Здесь твоя компания, дела, друзья, наконец.
— А мне тоже один хороший человек дал совет, — усмехнулся Евгений.
— Какой?
— Построить небольшой домик в посёлке и приезжать всей семьёй на выходные.
— Всей семьёй? — удивилась Галя.
— Конечно, — подмигнул ей мужчина. — Ты же выйдешь когда-нибудь за меня замуж.
— Непохоже, что ты спрашиваешь, — засмеялась она.
— Просто я не собираюсь отступать, пока не добьюсь желаемого результата.
— Евгений Сергеевич, — обратился к Евгению молодой мужчина в строгом сером костюме. — Начальник отдела безопасности хотел бы переговорить с вами.
— Хорошо. Кстати, познакомьтесь, — сказал Женя. — Это Виктор — мой помощник. А это Галина — моя девушка и будущая жена.
— Очень приятно, — приветливо улыбнулся Виктор. — Поздравляю.
— Спасибо, — отозвался Евгений, а Галя кивнула головой. — Я ненадолго отойду, — прошептал он девушке на ушко.
— Иди, я буду ждать тебя здесь, — ответила она.
Евгений махнул рукой какому-то мужчине и сам направился к нему. Виктор остался стоять рядом с Галиной. Какое-то время они стояли молча.
— Галя, — первым нарушил молчание Виктор, — вы уж больше не бросайте Евгения Сергеевича. Он без вас совсем потерянным был. Ходил на работу, как сомнамбула.
— Я, — хотела что-то возразить девушка.
— Не знаю, что между вами произошло, — не дал ей и слово вставить он. — Но для таких, как Евгений Сергеевич, только чувства дорого ценятся, настоящие и искренние, ведь всё остальное они легко могут купить, а чувства или есть, или нет. С вами он становится другим, да и вы светитесь счастьем рядом с ним. Простите, если чем обидел, но не в моём характере что-то умалчивать или скрытничать.
— Спасибо, вам, Виктор, — улыбнулась Галя. — Мне радостно, что рядом с Евгением работает человек, который переживает за него и желает счастья.
— Виктор! — раздался в этот момент голос Жени.
Мужчина улыбнулся Гале и направился к начальнику.
«Ради Жени, — размышляла Галина, — я должна вылезти из своей скорлупы и посмотреть на мир другими глазами. Виктор не первый, кто говорит, что Жене нужна только моя любовь, что ему всё равно, что у меня ничего нет. Может быть пора поверить в себя, в нас, нашу любовь. Господи, страшно-то как. Но ради Жени, я готова попробовать. Как там Алла говорила: лучше вспоминать короткий миг счастья, чем сожалеть, что не решилась сделать шаг навстречу судьбе».
Женя просматривал отчёты свидетелей происшествия, предоставленные ему начальником службы безопасности компании, когда неприятно зажужжал его телефон.
— Да, — резко ответил он на звонок, не глядя на экран.
— И рад тебя слышать, дорогой, — прозвучал в динамике ехидный голос Бориса Игнатьевича.
— Я немного занят, — отозвался Евгений.
— Весь город, да что город, вся страна в курсе, как ты занят, — засмеялся мужчина. — Видел в записи программу новостей: известный бизнесмен, Евгений Сергеевич, стал погорельцем.
— Борис Игнатьевич, — вздохнул молодой человек, — я не в том настроении, чтобы воспринимать сарказм. Да и повода не вижу для вашего веселья. Всё-таки мы с вами компаньоны.
— Поэтому и звоню тебе, Женечка. Поэтому и звоню.
Евгений напрягся:
— Вам что-то известно о пожаре?
— А ты как думаешь, стал бы я тебе звонить, чтобы выразить свои соболезнования? — усмехнулся Страйк.
— Явно, нет.
— Вот и я так думаю.
— Тогда… — Женя замолчал: «Неужели, — подумал он. — Неужели этому человеку удалось обойти всех и он знает, кто причастен к поджогу? Ведь уже выяснено и доказано, что был именно поджог».
— Смелее, неужто успешный бизнесмен все свои мозги растерял, пока пил с горя от того, что его невеста бросила и на ферму фазанов пасти отправилась, — бросил едкое замечание Страйк.
— Да я у вас под колпаком, — улыбнулся Женя. — Приятно.
— Приятно ему, — пробурчал мужчина. — А мне девочек пришлось оставить в бассейне, обнажённых, чтобы решить твои «не приятно».
— Наши, — исправил его Евгений. — Наши «не приятно».
— Зубы свои показываешь. Не боишься. Это хорошо. Значит, я в тебе не ошибся.
— Так что там с поджогом? Или вы звоните так, подразнить?
— Вот шельмец! — захохотал Борис Игнатьевич. — Звоню подразнить, но и сообщить, что поджигатели, впрочем, как и их наниматель, сидят в моём кабинете.
— Как? — удивился Женя.
— Я знаешь ли, люблю за своим присматривать. Вот мои ребята и присмотрели.
— Однако, горело знатно.
