- Ты… Почему кровь не останавливается? – спросила я, переведя взгляд с глаз Маркоса на его грудь и обратно.
- Пуля серебряная. Она не дает ране затянуться, - Маркос взял полотенец и вытер свою грудь. – Если не хочешь видеть, как я вынимаю пулю, то прошу уйди, потому что я как раз этим и собирался заняться.
- Нет, я останусь…. Если ты не против.
Маркос кивнул. Вампир взял пинцет поудобней и прислонил тот к своей груди. Я сжала пальцы, смотря на все это. Я видела, как пинцет погрузился в тело вампира, всё глубже проникая в тело. Затем, мужчина немного покрутил пинцет и начал тянуть его обратно. Моё сердце сжалось, когда я услышала тихий стон боли. Лицо Маркоса было напряжено, глаза смотрели вперед, а рука тянула пинцет наружу. Когда пуля была извлечена, тело Маркоса расслабилось.
- Ох, - я прислонила свои дрожащие руки к своим губам. Я боялась, что заплачу от всего этого.
Вампир кинул пинцет и пулю в миску, вытер руки полотенцем.
- Кровь сейчас остановится? - спросила я.
- Пока я не выпью достаточно крови, рана не затянется, - Маркос вытер кровь, которая текла по его груди.
Я резко встала и на слабых ногах подошла к окну, встав спиной к вампиру. Руки дрожали, и я сложила их на груди.
Сместить пуля немного в сторону, она попала бы в самое сердце… Тогда бы Маркос… Нет, не хочу об этом думать. И как назло, перед глазами появился мой недавний сон.
« - Маркос!.. Все будет хорошо… Тебя нужна кровь?
- Не надо, - его рука дотронулась до моей щеки. - Не бойся.
Синие глаза стали стеклянными».
Я вздрогнула от воспоминаний и закрыла глаза, как делала в детстве. Тогда мне казалось, что, закрыв глаза, все мои проблемы исчезнут. Но тогда это не сработало, как и сейчас.
Мне должно быть все равно, если вампир умрет. Мне не должно быть больно, я не должна переживать и волноваться. Я не должна плакать… Но я плачу, я переживаю, мне больно и мне не все равно, если Маркос умрет. Мне этот вампир очень дорог.
Маркос тихо подошел ко мне, и нежно развернул к себе. Я тут же вытерла слезы. Не хочу, чтобы он их видел.
- Почему ты плачешь? - вампир наклонился ко мне, чтобы заглянуть в мои глаза.
- Я не плачу, - ответила я, моргнув пару раз глазами.
- Почему плачешь? - Маркос как будто не слышал моего ответа.
- Я, - всхлип, - тебя ранили и, - я резко махнула руками перед вампиром, - тебя ранили, и пуля почти задела твое сердце. О боже, и ты еще спрашиваешь, почему я плачу?! – я, насупившись, смотрела на вампира. Маркос молча разглядывал меня минуту, а я в это время пыталась успокоиться.
- Значат ли твои слезы, что ты за меня переживаешь? - Маркос большим пальцем нежно вытер влагу с моих щек. Я ничего не ответила.
- Ты же знаешь, молчание - знак согласия, - после этих слов Маркос засмеялся. Я удивленно посмотрела на вампира. Маркос, запрокинув голову, смеялся. Его грудь ходила ходуном от интенсивного смеха. Смех был ни злой, ни злорадный, ни насмешливый. Он был… счастливым?
- Почему ты смеешься? - спросила я немного обиженно. Я ему тут, можно сказать, душу открываю, а он смеется надо мной!
Но ответ мне было не суждено услышать, потому что Маркос прервал свой неожиданный смех и, поддавшись к моему лицу, поцеловал меня в губы.
От удивления я чуть не отстранилась, (потом бы пожалела) но вампир притянул меня к себе, положив свои сильные руки мне на талию. Я прижалась к сильному телу без возражений. Маркос одной рукой провел вверх по спине и, остановившись на шеи, захватил её сзади. Затем укусил меня за нижнюю губу и сразу же провел по ней языком, успокаивая. От его действий я чуть не задохнулась от резко нахлынувших чувств. Вампир ещё раз провел по моим губам, прося… нет, приказывая разжать свои губы. Я не смогла не повиноваться. Я разомкнула губы, аккуратно положив свои ладошки на плечи мужчины. Под ладонями я почувствовала нежную кожу, под которой перекатывались мышцы. Язык Маркоса сразу же ворвался в мой рот, по-хозяйски исследуя его, заставляя мои ноги подгибаться. Когда я робко ответила на поцелуй, Маркос сильней прижал меня к себе.
Этот поцелуй отличался от того, когда я поцеловала Маркоса на берегу реки. Тот поцелуй был просто поцелуем в губы. Очень нежным и неуверенным с моей стороны. Но это поцелуй был безумным, страстным, бурным, жарким… Этот список можно продолжать бесконечно.
Так же резко, как и начал, Маркос прервал поцелуй. Мои ноги дрожали, поэтому я посильней ухватилась за вампира. Мои губы горели, в голове стоял звон. Мы оба тяжело дышали. Я подняла взгляд. Глаза Маркоса светились, и вампир пылко смотрел на меня. Рука с моей шеи спустилась вниз по спине. Там, где касался Маркос, покалывало кожу.
Вампир одной рукой поддерживал меня за талию, а второй еле заметно повел в воздухе, и я услышала, как приоткрылась дверь.
- Можешь войти, - произнес Маркос, чуть-чуть отстраняясь от меня.
В комнату вошла красивая девушка лет двадцати. Девушка была одета в бежевую юбку до середины бедра и майку на толстых лямках. Она шла босиком. Темные волосы ниспадали по плечам и спине. Лицо было круглое. Губы тонкие, прямой нос и карие глаза. Над губой милая родинка. Кто она?
