— Это, скажем так, особая кровь. — Эмили вкратце рассказала Саймону о том, что это за препарат и откуда он у неё взялся. Саймон только изумлённо покрутил головой.
— Вот как, — хмыкнул он. — Любопытно. Но, как выяснилось, это к лучшему. У меня такое ощущение, что уже один тот факт, что я сейчас не умер, разорвал петлю Кошмара, в которой я застрял. А это значит, что можно шагнуть в разрыв… И наконец прийти куда-то ещё. А если бы я умер… — Он глянул на Риту. — Думаю, мы с тобой больше не встретились бы. Так что — большое спасибо тебе, — он перевёл взгляд на Эмили, — что решилась на эксперимент, да ещё и не пожалела этой уникальной крови.
— Не стоит благодарности, — сказала Эмили твёрдо. — Я хоть и не врач по профессии, но лечить людей — дело моей жизни. Хорошо бы теперь ещё найти и освободить вашего друга Брадора… Но сначала нам надо пройти на побережье.
— Зачем?.. А-а, — сообразил Саймон. — Так ваша цель — развеять Кошмар сироты Кос?
— Теперь — да, — кивнула Юри. — Изначально мы пришли сюда по другим причинам — это мы так думали; но, конечно, потом поняли, что нас заманили сюда с помощью иллюзий.
— Как всегда и действуют Великие, да, — Саймон рассеянно кивнул. — Так, выходит, мы пойдём дальше в деревню? Если да, то имейте в виду: вас там встретят… Очень неприветливо. — И он многозначительно коснулся груди, где совсем недавно зияли жуткие раны.
— Да мы понимаем, — с горечью сказала Рита. — Но… Это же Кошмар. Теперь, думаю, мой Кошмар. И мне ничего не остаётся, кроме как встретить его лицом к лицу. — Она поднялась на ноги, отошла в центр хижины и подобрала свой тесак.
— Давай, девочка, — тихо сказал Саймон. — Ты сможешь, я уверен. Теперь точно сможешь.
Рита первой ступила на хлипкий мостик из нескольких досок, переброшенный с одной крыши на другую. И, когда совсем рядом раздался звон колокола, а впереди прямо из почерневшей дранки начал вырастать дымящийся алым силуэт, Охотница остановилась, в запрещающем жесте отвела в сторону левую руку и не оборачиваясь сказала:
— Стойте тут. А лучше отойдите ещё немного. И не вмешивайтесь, что бы ни случилось. Пожалуйста…
— Удачи тебе, девочка, — тихо сказал Саймон.
Рита кивнула и зашагала по тонким прогибающимся доскам уверенно, будто по ярнамской брусчатке.
Алый призрак заметил непрошеную гостью и на мгновение замер. Эмили вгляделась в его лицо, надеясь заметить проблеск узнавания, но из-за кровавого свечения вокруг фигуры Брадора ничего разглядеть не удалось. Бывший церковный убийца и наставник Риты, сам свой собственный кошмар, молча перехватил булаву двумя руками, навершием к себе — и вдруг с размаху ударил ею себя в живот. Эмили ахнула, Рита едва не сбилась с шага и не поскользнулась на досках. Но Брадор как ни в чём не бывало перевернул в боевое положение оружие, которое, напившись крови хозяина, трансформировалось в жуткую шипастую палицу с длинной рукоятью, и медленно двинулся в сторону вторгшегося нарушителя… Медленно? Какое там! Эмили даже заметить не успела, как наконечник палицы обрушился на Риту… На то место, где только что стояла Рита. А она, перекатившись в сторону, уже стояла на ногах сбоку от противника, на самом краю крыши. Трансформируемый Убийца чудовищ драконьим хвостом хлестнул воздух — но только лишь воздух: Брадор без труда ушёл от удара тяжёлой режущей цепи. Совершил обманное движение, бросился в сторону, развернулся, ударил… Брызнули в разные стороны щепки. Рита уже стояла чуть выше на дощатом скате, и цепь летела к цели…
Эмили было страшно — до тошноты, до противного звона в ушах. Она понимала: если Рита сейчас погибнет, то вернётся к своей «жизни по ту сторону жизни» где-то у лампы — уже совсем в другом слое или витке Кошмара. И они потеряют друг друга навсегда…
Бой продолжался, казалось, уже очень долго. Противники определённо стоили друг друга: ещё никому не удалось нанести другому ни одной серьёзной раны. Рита, похожая на вихрь из сверкающих стальных пластин, двигалась быстро и непредсказуемо, каждый раз уходя из-под удара Кровопускателя, казалось, в последний момент и пользуясь большой инерцией тяжёлого оружия наставника, чтобы выгадать время для группировки перед атакой. И если бы её противником был не Брадор, который лучше других знал сильные стороны ученицы, схватка давно была бы завершена победой молодой Охотницы. Но юная энергия всё-таки постепенно начала уступать опыту и хладнокровию. Рита несколько раз едва не свалилась с крыши, перекатившись слишком близко к краю — у Эмили каждый раз едва не останавливалось сердце. Потом Брадору удалось крепко зацепить Риту шипами Кровопускателя — хорошо ещё, что по касательной. И тем не менее чёрная крыша расцветилась ярко-красными пятнами. Эмили стояла стиснув руки и кусая губы, и молилась Идону и всем неведомым богам, чтобы они позволили Охотнице выстоять.
Но Рита всё чаще ошибалась, движения её становились всё медленнее. Эмили уже с трудом заставляла себя смотреть на схватку, усилием воли запрещая себе отводить взгляд. И когда ситуация казалась уже почти безнадёжной, Саймон вдруг негромко сказал:
