А потом на телефон Панфилова позвонила девица с капризным голосом и выдала фразу о потерянных ключах. Он мгновенно пробил адрес, который был продиктован, – оказалось, там живёт двоюродная сестра знаменитого Круглова, который был другом и Павлу, и Панфилову, и Матвееву. Если Павел был в доме сестры Круглова, дамы с совершенно диким именем Ровена, то, значит, всё в порядке.
Или это ловушка. Панфилова хотят заманить туда – неизвестно зачем. Может, чтобы через него надавить на Павла. Или же от Олешко хотели узнать нечто о Панфилове, но не узнали. Или… что угодно могло там оказаться.
А потом ситуация запуталась до невозможности, и когда удалось подключиться к телефонам всех, кто находился в доме, то послушать оказалось много чего, но и это никак не приблизило его к ответу на главный вопрос: кто и зачем похитил Пашу Олешко.
И теперь, слушая перепалку Лены и Павла на кухне Ровены, Андрей думал о том, что у шефа ангельское терпение, он бы эту стерву сразу приструнил. Ишь, как она всех раскидала и шефа совсем запрессовала! Андрей очень не любил таких резких деловых баб – неуютно с ними, неудобно. От такой только и жди упрёков да подковырок. И внешне она ему не понравилась. С фотографии смотрела худая скуластая девка с безжалостными раскосыми глазами, зелёными, как трава. Тёмные прямые волосы, серый деловой костюм, длинные пальцы с короткими ухоженными ногтями – ни дать ни взять иллюстрация в журнале, изображающая идеальную бизнес-вумен. И бизнес тоже был солидным – торговля в Интернете, объёмы продаж поражали, как и число сотрудников. Значит, вот чем занимаются люди, окончив факультет прикладной математики?
То ли дело кузина Круглова – куколка просто. Правда, с куколкой случилась беда, да и то, как она бросилась на Павла, будто разъярённая тигрица, защищающая детёныша, заставило его присмотреться и слегка подправить образ куколки. Видимо, та ещё штучка. Хотя, если баба защищает своего ребёнка, тут чего угодно можно ждать. Андрей покачал головой – нехорошо вышло, конечно… ну, авось обойдётся.
Он вздохнул и прислушался. В доме просыпались люди, звучали голоса – нет, здесь никакой угрозы, всё так, как выглядит, никакого подвоха. Видимо, те, кто забрал Павла, потеряли его след, иначе они бы себя уже как-то обозначили. Или они ждут, когда в доме останется только Павел, – ведь и мальчишка, и эта Лена поедут в больницу навестить Ровену. Чёрт знает, что за имя – Ровена. Видимо, папаша-художник так назвал дочурку, не иначе. У художников в голове вертится всякое, чего обычному человеку никогда не понять.
Вот от дома отъехала машина – это сестра Матвеева, Ника, с мужем, в салоне сидит жена Круглова, Лариса, с ребёнком. Вслед за ними тронулась машина Панфилова, и в доме остались только Павел, Елена и сын хозяйки Тимофей. Более удобного времени для нападения представить невозможно, и Андрей подал сигнал сотрудникам, чтобы были наготове. Но вокруг пусто и тихо.
Андрей вышел из фургона и пошёл вдоль ограды, прикидывая, как ему попасть в дом, когда уедут жильцы. По всему видать, придётся сигать через забор. Ну, это дело нехитрое. Теперь главное, чтобы Павел его вспомнил. Кто знает, что перепуталось в его башке.
– Андрей Васильевич, мы кое-что нащупали.
Это ребята, которые выполняют поиск всего, что может показаться необычным в происшествиях за последние сутки.
– Слушаю.
– Сегодня в районе набережной найдена женщина. Обнажённая, со следами пыток, память стёрта. Бригада, приехавшая за ней, приняла её за мёртвую, а в машине обнаружилось, что она жива.
– Как это – память стёрта?
– Судя по отчётам полиции, ей вкололи какое-то вещество.
– И где она?
– В городской больнице номер шесть, в отделении кардиологии, что-то с сердцем у неё. Вряд ли её пытали, похоже, просто наказали за что-то.
– Перебрось фотографии и отчёт мне на почту.
Хоть какая-то зацепка… если зацепка.
– Пусть Киреев и Митягин едут в больницу и охраняют эту даму. – Андрей прищурился, глядя на солнце. – Только тихо, не привлекая внимания.
Улица была пуста, солнце, поднимаясь, начинало припекать. В доме Елена переговаривается с пацаном, потом объясняет своему компаньону, что не придёт сегодня в офис, звонит помощнице… Андрей зевнул – обычная рутина. И то, что Павел молчит, означает одно: они с Еленой не поладили, а пацан вообще его игнорирует. Что, конечно, по-человечески можно понять.
– На маминой машине поедем? – Тимка переоделся в чистое и пригладил волосы щёткой. – Тёть Лен!
– Нет, вызовем такси, я свою машину заберу из сервиса – и поедем на моей, она уже готова. Мама не любит, когда кто-то трогает её машину, ты же знаешь. – Лена поправила пацану воротник рубашки. – Тим, она ещё спит, мне сказали.
– Мы просто посидим там. – Тимка опустил голову. – Тёть Лен, как ты думаешь, сколько она ещё будет спать?
– Пусть лучше спит, так ей хоть не больно. – Лена обняла поникшего мальчика. – Тимофей, отставить хандру! Она обязательно проснётся, поправится и будет твоих детей нянчить, обучая их всяким коварным штукам. Сейчас я такси вызову, и поедем.
