В общем, лошадь явно была обучена и подвести была не должна. После этого объехали мишени, они представляли собой закованных в кожаную и металлическую броню манекенов, были здесь и манекены в кольчуге. Таких полей манекенов было пять. Первое поле было на расстоянии около пятидесяти метров, два следующих на расстоянии где–то ста метров, и два последних на дистанции триста и пятьсот метров.
Так–то все было хорошо, правда был один нюанс, шкалы как у автоматов и винтовок в мое время не было, гномы обещали это сделать, но на настоящий момент была только классическая мушка и целик. То есть выстрел на триста и пятьсот метров будут на глазок, мы с гномами немного поупражнялись и вроде все норм.
Народ начал собираться, и мы зашли в большой шатер. Там были столы с закусками и напитки, алкоголя не было, так что довольствовались морсами и соками. Еще через час прибыл царь и мы начали обговаривать последние детали. Перед полигоном и по бокам были сколочены трибуны для зрителей, единственное в целях безопасности трибуны подняли повыше и если в начале стрельбища они занимали все место, то по бокам были довольно короткие, мало ли что пойдет не так, заденем еще кого. Поэтому перед уходом в шатер посадил Анисию в первые ряды, чтобы ей было все хорошо видно. Царь расположился на отдельной трибуне чуть впереди.
В начале мы, девять гномов, и я десятый. Взяли наизготовку ружья, и вышли, красиво чеканя шаг перед трибуной царя и поклонились. Царь махнул нам рукой, и мы так же колонной двинулись к первому рубежу.
Подойдя к нему, по моей команде, встали в две шеренги, первая по моей команде опустилась на колено, вторая шеренга осталась стоять. По второй моей команде мы быстро зарядили винтовки, достав из подсумков патроны. По моей команде дали первый залп по самым дальним мишеням, попали почти во все, не зря тренировались. По команде сделав пару шагов вперед и выйдя из облака дыма, дослали новый патрон и дали второй залп, попав уже по более ближним мишеням в трехстах метрах. Теперь уже сместившись в бок дали третий залп по стометровым мишеням, сдвинувшись вправо положили винтовки и выхватили револьверы залихвацки нестройно дали залп по пятидесятиметровым мишеням. После чего убрав револьверы в кобуры, подхватили винтовки и привели штыки в боевое положение. Передняя шеренга опять присела, выставив вперед штыки, а вторая шеренга осталась стоять так же выставила вперед штыки. Получилось вроде красиво. По крайней мере когда мы встали, убрали штыки и повернулись к трибуне с царем и поклонились, трибуны взорвались аплодисментами.
За тем пятерка бойцов подошла к обычным манекенам и начала демонстрировать удары штыком, изображая пикинеров, а также прикладами, а оставшаяся часть изображала стрельбу из револьверов и махание мечами, демонстрируя применение револьвера в ближнем бою. Я же, не торопясь отправился к палатке, где, оседлав лошадь, спокойно выдвинулся к рубежу открытия огня. Мне подали винтовку, и я изобразил стрельбу с места по дальней мишени, на удивление даже попал с первого раза. Затем мне подали мое ружье и забрали винтовку, я набрав небольшую для начала скорость пошел на первую мишень и поразил ее выстрелом из ружья, дальше пошел на стометровую мишень и уже где–то с пятидесяти метров попал и по ней, дальше перейдя в галоп и закинув за спину ружье, выхватил револьвер и на расстоянии метров с пятидесяти открыл огонь по мишеням третьего ряда, далее на скаку, поменял скорозарядником патроны, перехватил револьвер левой рукой, а правой выхватив саблю, влетел в последний ряд и где выстрелами, где взмахом сабли разделался и с ними. Лошадка меня порадовала, не подвела ни разу и даже не дернулась. Вернулся к трибуне и лихо, соскочив, поклонился царю и его свите, сорвав овацию трибун.
